Неточные совпадения
Тагалы нехороши собой: лица большею
частью плоские, овальные, нос довольно широкий, глаза небольшие, цвет кожи не чисто смуглый. Они стригутся по-европейски, одеваются в бумажные панталоны, сверху выпущена бумажная же рубашка; у франтов кисейная с вышитою на европейский фасон манишкой. В шляпах большое разнообразие: много соломенных, но еще больше европейских, шелковых, особенно серых. Метисы ходят в таком же
или уже совершенно в европейском платье.
Хожу
по лесу, да лес такой бестолковый, не то что тропический: там
или вовсе не продерешься сквозь
чащу, а если продерешься, то не налюбуешься красотой деревьев, их группировкой, разнообразием; а здесь можно продраться везде, но деревья стоят так однообразно, прямо, как свечки: пихта, лиственница, ель; ель, лиственница, пихта, изредка береза; куда ни взглянешь, везде этот частокол; взгляд теряется в печальной бесконечности леса.
Только не требуйте колеи, а поезжайте большею
частью по тропинке
или целиком
по болоту, которое усеяно поросшими травой кочками, очень похожими на сжатые и связанные снопы ржи.
Приезжаете на станцию, конечно в плохую юрту, но под кров, греетесь у очага, находите летом лошадей, зимой оленей и смело углубляетесь, вслед за якутом, в дикую, непроницаемую
чащу леса, едете
по руслу рек, горных потоков, у подошвы гор
или взбираетесь на утесы
по протоптанным и — увы! где романтизм? — безопасным тропинкам.
«Где же вы бывали?» — спрашивал я одного из них. «В разных местах, — сказал он, — и к северу, и к югу, за тысячу верст, за полторы, за три». — «Кто ж живет в тех местах, например к северу?» — «Не живет никто, а кочуют якуты, тунгусы, чукчи. Ездят
по этим дорогам верхом, большею
частью на одних и тех же лошадях
или на оленях.
По колымскому и другим пустынным трактам есть, пожалуй, и станции, но какие расстояния между ними: верст
по четыреста, небольшие — всего
по двести верст!»
Неточные совпадения
Месяца четыре все шло как нельзя лучше. Григорий Александрович, я уж, кажется, говорил, страстно любил охоту: бывало, так его в лес и подмывает за кабанами
или козами, — а тут хоть бы вышел за крепостной вал. Вот, однако же, смотрю, он стал снова задумываться, ходит
по комнате, загнув руки назад; потом раз, не сказав никому, отправился стрелять, — целое утро пропадал; раз и другой, все
чаще и
чаще… «Нехорошо, — подумал я, — верно, между ними черная кошка проскочила!»
Ты хочешь, видно, чтоб мы не уважили первого, святого закона товарищества: оставили бы собратьев своих на то, чтобы с них с живых содрали кожу
или, исчетвертовав на
части козацкое их тело, развозили бы их
по городам и селам, как сделали они уже с гетьманом и лучшими русскими витязями на Украйне.
В Швейцарии они перебывали везде, куда ездят путешественники. Но
чаще и с большей любовью останавливались в мало посещаемых затишьях. Их,
или,
по крайней мере, Штольца, так занимало «свое собственное дело», что они утомлялись от путешествия, которое для них отодвигалось на второй план.
Любила она музыку, но пела
чаще втихомолку,
или Штольцу,
или какой-нибудь пансионной подруге; а пела она,
по словам Штольца, как ни одна певица не поет.
Публикуется: «Сего… дня пополуночи в 10 часов,
по определению уездного суда
или городового магистрата, продаваться будет с публичного торга отставного капитана Г… недвижимое имение, дом, состоящий в…
части, под №… и при нем шесть душ мужеского и женского полу; продажа будет при оном доме.