Неточные совпадения
Это постоянная лекция, наглядная, осязательная,
в лицах, со всеми подробностями, и отличная прогулка
в то
же время.
Я перепугался: бал и обед!
В этих двух явлениях выражалось все, от чего так хотелось удалиться из Петербурга на
время, пожить иначе, по возможности без повторений, а тут вдруг бал и обед! Отец Аввакум также втихомолку смущался
этим. Он не был
в Капштате и отчаивался уже быть. Я подговорил его уехать, и дня через два, с тем
же Вандиком, который был еще
в Саймонстоуне, мы отправились
в Капштат.
Там высунулась из воды голова буйвола; там бедный и давно не бритый китаец, под плетеной шляпой, тащит, обливаясь потом, ношу; там несколько их сидят около походной лавочки или
в своих магазинах, на пятках,
в кружок и уплетают двумя палочками вареный рис, держа чашку у самого рта, и
время от
времени достают из другой чашки, с темною жидкостью,
этими же палочками необыкновенно ловко какие-то кусочки и едят.
Наконец, миль за полтораста, вдруг дунуло, и я на другой день услыхал обыкновенный шум и суматоху. Доставали канат. Все толпились наверху встречать новый берег. Каюта моя, во
время моей болезни, обыкновенно полнехонька была посетителей:
в ней можно было поместиться троим, а придет человек семь;
в это же утро никого: все глазели наверху. Только барон Крюднер забежал на минуту.
Мы поспешили успокоить их и отвечали на все искренно и простодушно и
в то
же время не могли воздержаться от улыбки, глядя на
эти мягкие, гладкие, белые, изнеженные лица, лукавые и смышленые физиономии, на косички и на приседанья.
«Отчего у вас, — спросили они, вынув бумагу, исписанную японскими буквами, — сказали на фрегате, что корвет вышел из Камчатки
в мае, а на корвете сказали, что
в июле?» — «Оттого, — вдруг послышался сзади голос командира
этого судна, который случился тут
же, — я похерил два месяца, чтоб не было придирок да расспросов, где были
в это время и что делали». Мы все засмеялись, а Посьет что-то придумал и сказал им
в объяснение.
«На шкуне», — отвечал я
в стену и
в то
же время с досадой подумал: «Чье
это, английское или американское удобство?» — и ногами опять приводил себя
в прежнее положение.
«Ну,
это значит быть без обеда», — думал я, поглядывая на две гладкие, белые, совсем тупые спицы, которыми нельзя взять ни твердого, ни мягкого кушанья. Как
же и чем есть? На соседа моего Унковского, видно, нашло такое
же раздумье, а может быть, заговорил и голод, только он взял обе палочки и грустно разглядывал их. Полномочные рассмеялись и наконец решили приняться за обед.
В это время вошли опять слуги, и каждый нес на подносе серебряную ложку и вилку для нас.
В сумерки мы простились с хозяевами и с музыкой воротились домой. Вслед за нами приехали чиновники узнать, довольны ли мы, и привезли гостинцы. Какое наказание с
этими гостинцами! побросать ящики
в воду неловко: японцы увидят, скажут, что пренебрегаем подарками, беречь — места нет. Для большой рыбы также сделаны ящики, для конфект особо, для сладкого хлеба опять особо. Я сберег несколько миньятюрных подставок; если довезу, то увидите образчик терпения и
в то
же время мелочности.
«Да
это прекрасная сигара! — сказал я, — нельзя ли купить таких?» — «Нет,
это гаванской свертки: готовых нет, недели через две можно, — прибавил он тише, оборачиваясь спиной к нескольким старухам, которые
в этой же комнате, на полу, свертывали сигары, — я могу вам приготовить несколько тысяч…» — «Мы едва ли столько
времени останемся здесь.
Завтра снимаемся с якоря и идем на неделю
в Нагасаки, а потом, мимо корейского берега, к Сахалину и далее,
в наши владения. Теперь рано туда: там еще льды. Здесь даже, на южном корейском берегу, под 34-м градусом ‹северной› широты, так холодно, как у нас
в это время в Петербурге, тогда как
в этой же широте на западе, на Мадере например,
в январе прошлого года было жарко. На то восток.
Наш рейс по проливу на шкуне «Восток», между Азией и Сахалином, был всего третий со
времени открытия пролива.
Эта же шкуна уже ходила из Амура
в Аян и теперь шла во второй раз. По
этому случаю, лишь только мы миновали пролив, торжественно, не
в урочный час, была положена доска, заменявшая стол, на свое место;
в каюту вместо одиннадцати пришло семнадцать человек, учредили завтрак и выпили несколько бокалов шампанского.
Нужды нет, что якуты населяют город, а все
же мне стало отрадно, когда я въехал
в кучу почерневших от
времени, одноэтажных, деревянных домов: все-таки
это Русь, хотя и сибирская Русь! У ней есть много особенностей как
в природе, так и
в людских нравах, обычаях, отчасти, как вы видите,
в языке, что и образует ей свою коренную, немного суровую, но величавую физиономию.
Но и наши не оставались
в долгу.
В то самое
время, когда фрегат крутило и било об дно, на него нанесло напором воды две джонки. С одной из них сняли с большим трудом и приняли на фрегат двух японцев, которые неохотно дали себя спасти, под влиянием строгого еще тогда запрещения от правительства сноситься с иноземцами. Третий товарищ их решительно побоялся, по
этой причине, последовать примеру первых двух и тотчас
же погиб вместе с джонкой. Сняли также с плывшей мимо крыши дома старуху.
Сам адмирал, капитан (теперь адмирал) Посьет, капитан Лосев, лейтенант Пещуров и другие, да человек осьмнадцать матросов, составляли
эту экспедицию, решившуюся
в первый раз, со
времени присоединения Амура к нашим владениям, подняться вверх по
этой реке на маленьком пароходе, на котором
в первый
же раз спустился по ней генерал-губернатор Восточной Сибири Н. Н. Муравьев.
Неточные совпадения
— Восемьдесят лет, ваше превосходительство. Но
это келейное, я бы… чтобы… — Чичиков посмотрел значительно
в лицо генерала и
в то
же время искоса на камердинера.
А вот пройди
в это время мимо его какой-нибудь его
же знакомый, имеющий чин ни слишком большой, ни слишком малый, он
в ту
же минуту толкнет под руку своего соседа и скажет ему, чуть не фыркнув от смеха: «Смотри, смотри, вон Чичиков, Чичиков пошел!» И потом, как ребенок, позабыв всякое приличие, должное знанию и летам, побежит за ним вдогонку, поддразнивая сзади и приговаривая: «Чичиков!
Одна из них нарочно прошла мимо его, чтобы дать ему
это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул концом своим ее по самому лицу;
в то
же самое
время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе с запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.
Старуха задумалась. Она видела, что дело, точно, как будто выгодно, да только уж слишком новое и небывалое; а потому начала сильно побаиваться, чтобы как-нибудь не надул ее
этот покупщик; приехал
же бог знает откуда, да еще и
в ночное
время.
В ответ на
это Чичиков свернул три блина вместе и, обмакнувши их
в растопленное масло, отправил
в рот, а губы и руки вытер салфеткой. Повторивши
это раза три, он попросил хозяйку приказать заложить его бричку. Настасья Петровна тут
же послала Фетинью, приказавши
в то
же время принести еще горячих блинов.