Неточные совпадения
Наконец объяснилось, что Мотыгин вздумал «поиграть» с портсмутской леди, продающей рыбу. Это все равно что поиграть с волчицей
в лесу: она отвечала градом кулачных
ударов, из которых один попал
в глаз. Но и матрос
в своем роде тоже не овца: оттого эта волчья ласка
была для Мотыгина не больше, как сарказм какой-нибудь барыни на неуместную любезность франта. Но Фаддеев утешается этим еще до сих пор, хотя синее пятно на глазу Мотыгина уже пожелтело.
Утомленный, заснешь опять; вдруг
удар, точно подземный, так что сердце дрогнет — проснешься: ничего — это поддало
в корму, то
есть ударило волной…
Возвращение на фрегат
было самое приятное время
в прогулке:
было совершенно прохладно; ночь тиха; кругом, на чистом горизонте, резко отделялись черные силуэты пиков и лесов и ярко блистала зарница — вечное украшение небес
в здешних местах. Прямо на голову текли лучи звезд, как серебряные нити. Но вода
была лучше всего: весла с каждым
ударом черпали чистейшее серебро, которое каскадом сыпалось и разбегалось искрами далеко вокруг шлюпки.
Но взмахи хвоста
были так порывисты, что попасть
в голову
было трудно и
удары все приходились по спине, а это ей, по-видимому, нипочем.
Вот тут и началась опасность. Ветер немного засвежел, и помню я, как фрегат стало бить об дно. Сначала
было два-три довольно легких
удара. Затем так треснуло, что затрещали шлюпки на боканцах и марсы (балконы на мачтах). Все бывшие
в каютах выскочили
в тревоге, а тут еще
удар, еще и еще. Потонуть
было трудно: оба берега
в какой-нибудь версте; местами, на отмелях, вода
была по пояс человеку.
После смешно
было вспоминать, как, при каждом
ударе и треске, все мы проворно переходили одни на место других на палубе. «Страшновато
было!» — как говорил, бывало, я
в подобных случаях спутникам. Впрочем, все это продолжалось, может
быть, часа два, пока не начался опять прилив, подбавивший воды, и мы снялись и пошли дальше.
Неточные совпадения
А я ее по усам!» Иногда при
ударе карт по столу вырывались выражения: «А!
была не
была, не с чего, так с бубен!» Или же просто восклицания: «черви! червоточина! пикенция!» или: «пикендрас! пичурущух пичура!» и даже просто: «пичук!» — названия, которыми перекрестили они масти
в своем обществе.
Дело ходило по судам и поступило наконец
в палату, где
было сначала наедине рассуждено
в таком смысле: так как неизвестно, кто из крестьян именно участвовал, а всех их много, Дробяжкин же человек мертвый, стало
быть, ему немного
в том проку, если бы даже он и выиграл дело, а мужики
были еще живы, стало
быть, для них весьма важно решение
в их пользу; то вследствие того решено
было так: что заседатель Дробяжкин
был сам причиною, оказывая несправедливые притеснения мужикам Вшивой-спеси и Задирайлова-тож, а умер-де он, возвращаясь
в санях, от апоплексического
удара.
Герой наш поворотился
в ту ж минуту к губернаторше и уже готов
был отпустить ей ответ, вероятно ничем не хуже тех, какие отпускают
в модных повестях Звонские, Линские, Лидины, Гремины и всякие ловкие военные люди, как, невзначай поднявши глаза, остановился вдруг, будто оглушенный
ударом.
Зло порождает зло; первое страдание дает понятие о удовольствии мучить другого; идея зла не может войти
в голову человека без того, чтоб он не захотел приложить ее к действительности: идеи — создания органические, сказал кто-то: их рождение дает уже им форму, и эта форма
есть действие; тот,
в чьей голове родилось больше идей, тот больше других действует; от этого гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического
удара.
Такой злодей; хоть бы
в сердце ударил — ну, так уж и
быть, одним разом все бы кончил, а то
в спину… самый разбойничий
удар!