Неточные совпадения
Не величавый
образ Колумба и Васко де Гама гадательно смотрит с палубы вдаль,
в неизвестное будущее: английский лоцман,
в синей куртке,
в кожаных панталонах, с красным лицом, да русский штурман, с знаком отличия беспорочной службы, указывают пальцем путь кораблю и безошибочно назначают день и час его прибытия.
Нет науки о путешествиях: авторитеты, начиная от Аристотеля до Ломоносова включительно, молчат; путешествия не попали под ферулу риторики, и писатель свободен пробираться
в недра гор, или опускаться
в глубину океанов, с ученою пытливостью, или, пожалуй, на крыльях вдохновения скользить по ним быстро и ловить мимоходом на бумагу их
образы; описывать страны и народы исторически, статистически или только посмотреть, каковы трактиры, — словом, никому не отведено столько простора и никому от этого так не тесно писать, как путешественнику.
И поэзия изменила свою священную красоту. Ваши музы, любезные поэты [
В. Г. Бенедиктов и А. Н. Майков — примеч. Гончарова.], законные дочери парнасских камен, не подали бы вам услужливой лиры, не указали бы на тот поэтический
образ, который кидается
в глаза новейшему путешественнику. И какой это
образ! Не блистающий красотою, не с атрибутами силы, не с искрой демонского огня
в глазах, не с мечом, не
в короне, а просто
в черном фраке,
в круглой шляпе,
в белом жилете, с зонтиком
в руках.
Но
образ этот властвует
в мире над умами и страстями.
Все изящество
образа этого, с синими глазами, блестит
в тончайшей и белейшей рубашке,
в гладко выбритом подбородке и красиво причесанных русых или рыжих бакенбардах.
Я сделал шаг и остановился
в недоумении,
в огорчении: как, и под этим небом, среди ярко блещущих красок моря зелени… стояли три знакомые
образа в черном платье,
в круглых шляпах!
В океане,
в мгновенных встречах, тот же
образ виден был на палубе кораблей, насвистывающий сквозь зубы: «Rule, Britannia, upon the sea».
«Завтра на вахту рано вставать, — говорит он, вздыхая, — подложи еще подушку, повыше, да постой, не уходи, я, может быть, что-нибудь вздумаю!» Вот к нему-то я и обратился с просьбою, нельзя ли мне отпускать по кружке пресной воды на умыванье, потому-де, что мыло не распускается
в морской воде, что я не моряк, к морскому
образу жизни не привык, и, следовательно, на меня, казалось бы, строгость эта распространяться не должна.
Каждый день прощаюсь я с здешними берегами, поверяю свои впечатления, как скупой поверяет втихомолку каждый спрятанный грош. Дешевы мои наблюдения, немного выношу я отсюда, может быть отчасти и потому, что ехал не сюда, что тороплюсь все дальше. Я даже боюсь слишком вглядываться, чтоб не осталось сору
в памяти. Я охотно расстаюсь с этим всемирным рынком и с картиной суеты и движения, с колоритом дыма, угля, пара и копоти. Боюсь, что
образ современного англичанина долго будет мешать другим
образам…
Вот он, поэтический
образ,
в черном фраке,
в белом галстухе, обритый, остриженный, с удобством, то есть с зонтиком под мышкой, выглядывает из вагона, из кеба, мелькает на пароходах, сидит
в таверне, плывет по Темзе, бродит по музеуму, скачет
в парке!
Раз напечатлевшись
в душе, эти бледные, но полные своей задумчивой жизни
образы остаются там до сей минуты, нужды нет, что рядом с ними теснятся теперь
в душу такие праздничные и поразительные явления.
Изумленный глаз смотрит вокруг, не увидит ли руки, которая, играя, строит воздушные видения. Тихо, нежно и лениво ползут эти тонкие и прозрачные узоры
в золотой атмосфере, как мечты тянутся
в дремлющей душе, слагаясь
в пленительные
образы и разлагаясь опять, чтоб слиться
в фантастической игре…
Сильные и наиболее дикие племена, теснимые цивилизацией и войною, углубились далеко внутрь; другие, послабее и посмирнее, теснимые первыми изнутри и европейцами от берегов, поддались не цивилизации, а силе обстоятельств и оружия и идут
в услужение к европейцам, разделяя их
образ жизни, пищу, обычаи и даже религию, несмотря на то, что
в 1834 г. они освобождены от рабства и, кажется, могли бы выбрать сами себе место жительства и промысл.
В 1652 году голландцы заложили там крепость, и таким
образом возник Капштат. Они быстро распространились внутрь края, произвольно занимая впусте лежащие земли и оттесняя жителей от берегов. Со стороны диких сначала они не встречали сопротивления. Последние, за разные европейские изделия, но всего более за табак, водку, железные орудия и тому подобные предметы, охотно уступали им не только земли, но и то, что составляло их главный промысл и богатство, — скот.
Английское правительство умело оценить независимость и уважить права этого тихого и счастливого уголка и заключило с ним
в январе 1852 г. договор,
в котором, с утверждением за бурами этих прав и независимости, предложены условия взаимных отношений их с англичанами и также
образа поведения относительно цветных племен, обеспечения торговли, выдачи преступников и т. п., как заключаются обыкновенно договоры между соседями.
Англия предоставляет теперь право избрания членов Законодательного совета самой колонии, которая, таким
образом, получит самостоятельность
в своих действиях, и дальнейшее ее существование может с этой минуты упрочиваться на началах, истекающих из собственных ее нужд.
Между тем ночь сошла быстро и незаметно. Мы вошли
в гостиную, маленькую, бедно убранную, с портретами королевы Виктории и принца Альберта
в парадном костюме ордена Подвязки. Тут же был и портрет хозяина: я узнал таким
образом, который настоящий: это — небритый,
в рубашке и переднике; говорил
в нос, топал, ходя, так, как будто хотел продавить пол. Едва мы уселись около круглого стола, как вбежал хозяин и объявил, что г-н Бен желает нас видеть.
Под этим небом,
в этом воздухе носятся фантастические призраки; под крыльями таких ночей только снятся жаркие сны и необузданные поэтические грезы о нисхождении Брамы на землю, о жаркой любви богов к смертным — все эти страстные
образы,
в которых воплотилось чудовищное плодородие здешней природы.
«Ах! да ведь мы некоторым
образом в Индии: здесь должны быть слоны; надо посмотреть, поездить на них».
Мы вошли
в одну из комнат,
в которой мебель, посуда — все подтвердило то, что говорят о роскоши
образа жизни офицеров.
«Каким же
образом тое отправляется, как себе чрево распарывать, таким: собирают своих родителей и вместе идут
в пагод, посреди того пагода постилают циновки и ковры, на тех садятся и пиршествуют, на прощании ядят иждивительно и сладко, а пьют много.
Вчера, 18-го, адмирал приказал дать знать баниосам, чтоб они продолжали, если хотят, ездить и без дела, а так,
в гости, чтобы как можно более сблизить их с нашими понятиями и
образом жизни.
Вчера, 28-го, когда я только было собрался уснуть после обеда, мне предложили кататься на шлюпке
в море. Мы этим нет-нет да и напомним японцам, что вода принадлежит всем и что мешать
в этом они не могут, и таким
образом мы удерживаем это право за европейцами. Наши давно дразнят японцев, катаясь на шлюпках.
Но пока она будет держаться нынешней своей системы, увертываясь от влияния иностранцев, уступая им кое-что и держа своих по-прежнему
в страхе, не позволяя им брать без позволения даже пустой бутылки, она еще будет жить старыми своими началами, старой религией, простотой нравов, скромностью и умеренностью
образа жизни.
Я все время поминал вас, мой задумчивый артист: войдешь, бывало, утром к вам
в мастерскую, откроешь вас где-нибудь за рамками, перед полотном, подкрадешься так, что вы, углубившись
в вашу творческую мечту, не заметите, и смотришь, как вы набрасываете очерк, сначала легкий, бледный, туманный; все мешается
в одном свете: деревья с водой, земля с небом… Придешь потом через несколько дней — и эти бледные очерки обратились уже
в определительные
образы: берега дышат жизнью, все ярко и ясно…
У меня на душе зашевелилось приятное чувство любопытства;
в воображении поднялись из праха забвения картины и
образы католического юга.
Я бросил беглый взгляд на
образа — нет, живопись еще
в младенческом состоянии у тагалов.
Корейцы увидели
образ Спасителя
в каюте; и когда, на вопрос их: «Кто это», успели кое-как отвечать им, они встали с мест своих и начали низко и благоговейно кланяться
образу. Между тем набралось на фрегат около ста человек корейцев, так что принуждены были больше не пускать. Долго просидели они и наконец уехали.
В 1849 году
в первый раз военный транспорт «Байкал» решил не решенную Лаперузом задачу. Он послал шлюпки, которые из Охотского моря прошли
в Амурский лиман, и таким
образом оказалось, что Сахалин не соединен с материком, как прежде думали.
Так как у тунгусов нет грамоты и, следовательно, грамотных людей, то духовное начальство здешнее, для опыта, намерено разослать пока письменные копии с перевода Евангелия
в кочевья тунгусов, чтоб наши священники, знающие тунгусский язык, чтением перевода распространяли между ними предварительно и постепенно истины веры и приготовляли их таким
образом к более основательному познанию Священного Писания,
в ожидании, когда распространится между ними знание грамоты и когда можно будет снабдить их печатным переводом.
Чукча и карагауль держат
в одной руке товар, который хотят променять, а
в другой по длинному ножу и не спускают друг с друга глаз, взаимно следя за движениями, и таким
образом передают товары.
Притом два года плавания не то что утомили меня, а утолили вполне мою жажду путешествия. Мне хотелось домой,
в свой обычный круг лиц, занятий и
образа жизни.
Прочитав это повествование и выслушав изустные рассказы многих свидетелей, — можно наглядно получить вульгарное изображение события,
в миниатюре, таким
образом: возьмите большую круглую чашку, налейте до половины водой и дайте чашке быстрое круговращательное движение — а на воду пустите яичную скорлупу или представьте себе на ней миниатюрное суденышко с полным грузом и людьми.
От подошвы Фудзи наши герои, «по
образу пешего хождения», через горы, направились
в ту же бухту Хеда, куда намеревались было ввести фрегат, и расположились там на бивуаках (при 4˚ мороза, не забудьте!), пока готовились бараки для их помещения, временного и, по возможности, недолгого, потому что
в положении Робинзонов Крузе пятистам человекам долго оставаться нельзя.