Неточные совпадения
Казалось, все страхи, как мечты, улеглись: вперед манил простор и ряд неиспытанных наслаждений. Грудь дышала свободно, навстречу веяло уже югом, манили голубые небеса и воды. Но вдруг за этою перспективой возникало опять грозное привидение и
росло по мере того, как я вдавался
в путь. Это привидение была мысль: какая обязанность лежит на грамотном путешественнике перед соотечественниками, перед обществом, которое следит за плавателями?
Я из Англии писал вам, что чудеса выдохлись, праздничные явления обращаются
в будничные, да и сами мы уже развращены ранним и заочным знанием так называемых чудес мира, стыдимся этих чудес, торопливо стараемся разоблачить чудо от всякой поэзии, боясь, чтоб нас не заподозрили
в вере
в чудо или
в младенческом влечении к нему: мы
выросли и оттого предпочитаем скучать и быть скучными.
Только утесы
росли по мере того, как мы приближались; а трава, которая видна с корабля
в ущелье, превратилась
в пальмовую рощу.
На дворе
росло огромное кедровое дерево; главный флигель строился, а гостиница помещалась
в другом, маленьком.
Он советовал нам ехать по другой дороге, где
в одном месте
растет несколько камфарных деревьев, довольно редких здесь.
Кто знает, какой дуб учености
вырастет со временем
в этой старинной, но еще молодой и формирующейся на новый лад колонии?
На дне их текли ручьи,
росла густая зелень,
в которой утопал глаз.
Между прочим, он подарил нашему доктору корень алоэ особой породы, который
растет без всякого грунта. Посади его
в пустой стакан,
в банку, поставь просто на окно или повесь на стену и забудь — он будет
расти, не завянет, не засохнет. Так он
рос и у доктора, на стене, и года
в два обвил ее всю вокруг.
В этом воздухе природа, как будто явно и открыто для человека, совершает процесс творчества; здесь можно непосвященному глазу следить, как образуются,
растут и зреют ее чудеса; подслушивать, как
растет трава.
Там были все наши. Но что это они делают? По поляне текла та же мутная речка,
в которую мы въехали. Здесь она дугообразно разлилась по луговине, прячась
в густой траве и кустах. Кругом
росли редкие пальмы. Трое или четверо из наших спутников, скинув пальто и жилеты, стояли под пальмами и упражнялись
в сбивании палками кокосовых орехов. Усерднее всех старался наш молодой спутник по Капской колонии, П. А. Зеленый, прочие стояли вокруг и смотрели,
в ожидании падения орехов. Крики и хохот раздавались по лесу.
— Ну что ж, увижу у Зама, как вернусь
в Петербург, — сказал я, — там маленький есть;
вырастет до тех пор.
Зато,
выросши и окрепнув, они,
в своей броне, не боятся уже ничего.
В ней господствуют зной и морозы,
растут пальма и сосна, персик и клюква.
И те и другие подозрительны, недоверчивы: спасаются от опасностей за системой замкнутости, как за каменной стеной; у обоих одна и та же цивилизация, под влиянием которой оба народа, как два брата
в семье,
росли, развивались, созревали и состарелись. Если бы эта цивилизация была заимствована японцами от китайцев только по соседству, как от чужого племени, то отчего же манчжуры и другие народы кругом остаются до сих пор чуждыми этой цивилизации, хотя они еще ближе к Китаю, чем Япония?
Что же Джердин? нанял китайцев, взял да и срыл гору, построил огромное торговое заведение, магазины, а еще выше над всем этим — великолепную виллу, сделал скаты, аллеи, насадил всего, что
растет под тропиками, — и живет, как бы жил
в Англии, где-нибудь на острове Вайте.
Наконец надо же и совесть знать, пора и приехать.
В этом японском, по преимуществу тридесятом, государстве можно еще оправдываться и тем, что «скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается». Чуть ли эта поговорка не здесь родилась и перешла по соседству с Востоком и к нам, как и многое другое… Но мы
выросли, и поговорка осталась у нас
в сказках.
Вообще не скрывал, что он
вырос, и под конец переговоров вел себя гораздо хуже, нежели
в начале.
В деревне забор был сплошной: на стене, за стеной
росли деревья; из-за них выглядывали цветы.
Мы продолжали идти
в столицу по деревне, между деревьями, которые у нас
растут за стеклом
в кадках.
Он
растет слишком часто;
в других местах его сажают реже.
Направо, у крепости,
растет мелкая трава; там бегают с криком ребятишки;
в тени лежат буйволы, с ужаснейшими, закинутыми на спину рогами, или стоят по горло
в воде.
В этом переулке совсем не видно было домов, зато
росло гораздо больше травы,
в тени лежало гораздо более свиней и собак, нежели
в других улицах.
Тут стена бамбуков; я нигде не видал таких больших и стройных деревьев: они
растут исполинскими кустами или букетами, устремляясь, как пучки стрел, вверх, и там разбегаются ветвями
в разные стороны.
Выше я уже сказал, что, вопреки климату, здесь на обеды ездят
в суконном платье, белое надевают только по утрам, ходят
в черных шляпах, предпочитают нежным изделиям манильской соломы грубые изделия Китая, что даже индиец рядится
в суконное пальто вместо своей воздушной ткани, сделанной из растения, которое
выросло на его родной почве, и старается походить на метиса, метис на испанца, испанец на англичанина.
Слово Манилла, или, правильнее, Манила, выработано из двух тагальских слов: mayron nila, что слово
в слово значит там есть нила, а нилой называется какая-то трава, которая
растет по берегам Пассига.
И
в самом деле вдруг перед нами к северу
вырос берег, а на карте его нет.
Неточные совпадения
В саван окутался Чертов овраг, // Ночью там
росы велики, // Зги не видать! только совы снуют, // Оземь ширяясь крылами, // Слышно, как лошади листья жуют, // Тихо звеня бубенцами.
Вырос племянничек Якова, Гриша, // Барину
в ноги: «Жениться хочу!» // — Кто же невеста?
Так солнце с неба знойного //
В лесную глушь дремучую // Забросит луч — и чудо там: //
Роса горит алмазами, // Позолотился мох.
Уж сумма вся исполнилась, // А щедрота народная //
Росла: — Бери, Ермил Ильич, // Отдашь, не пропадет! — // Ермил народу кланялся // На все четыре стороны, //
В палату шел со шляпою, // Зажавши
в ней казну. // Сдивилися подьячие, // Позеленел Алтынников, // Как он сполна всю тысячу // Им выложил на стол!.. // Не волчий зуб, так лисий хвост, — // Пошли юлить подьячие, // С покупкой поздравлять! // Да не таков Ермил Ильич, // Не молвил слова лишнего. // Копейки не дал им!
Каждая рота имеет шесть сажен ширины — не больше и не меньше; каждый дом имеет три окна, выдающиеся
в палисадник,
в котором
растут: барская спесь, царские кудри, бураки и татарское мыло.