Неточные совпадения
Это напоминает немного сказку об Иване-царевиче, в которой на перекрестке
стоит столб с надписью: «Если поедешь направо,
волки коня съедят, налево — самого съедят, а прямо — дороги нет».
Пустыня имеет ту выгоду, что здесь нет воровства. Кибитка
стоит на улице, около нее толпа ямщиков, и ничего не пропадает. По дороге тоже все тихо. Нет даже
волков или редко водятся где-то в одном месте. Медведи зимой все почивают.
Волков стоял за дверью, тоже почти плакал и не смел войти, чтоб не раздражить больного; отец очень грустно смотрел на меня, а мать — довольно было взглянуть на ее лицо, чтоб понять, какую ночь она провела!
Неточные совпадения
— // «Постой-ка»,
Волк сказал: «сперва мне ведать надо, // Каков пастух у стада?» — // «Хоть говорят, что он // Не плох, заботлив и умён, // Однако стадо я обшёл со всех сторон // И высмотрел собак: они совсем не жирны, // И плохи, кажется, и смирны».
Дуня
стояла в недоумении… «Чего же ты боишься? — сказал ей отец, — ведь его высокоблагородие не
волк и тебя не съест: прокатись-ка до церкви».
По одному виду можно было понять, что каждому из них ничего не
стоит остановить коня на полном карьере, прямо с седла ринуться на матерого
волка, задержанного на лету доспевшей собакой, налечь на него всем телом и железными руками схватить за уши, придавить к земле и держать, пока не сострунят.
Старче всё тихонько богу плачется, // Просит у Бога людям помощи, // У Преславной Богородицы радости, // А Иван-от Воин
стоит около, // Меч его давно в пыль рассыпался, // Кованы доспехи съела ржавчина, // Добрая одежа поистлела вся, // Зиму и лето гол
стоит Иван, // Зной его сушит — не высушит, // Гнус ему кровь точит — не выточит, //
Волки, медведи — не трогают, // Вьюги да морозы — не для него, // Сам-от он не в силе с места двинуться, // Ни руки поднять и ни слова сказать, // Это, вишь, ему в наказанье дано:
Потом, как-то не памятно, я очутился в Сормове, в доме, где всё было новое, стены без обоев, с пенькой в пазах между бревнами и со множеством тараканов в пеньке. Мать и вотчим жили в двух комнатах на улицу окнами, а я с бабушкой — в кухне, с одним окном на крышу. Из-за крыш черными кукишами торчали в небо трубы завода и густо, кудряво дымили, зимний ветер раздувал дым по всему селу, всегда у нас, в холодных комнатах,
стоял жирный запах гари. Рано утром
волком выл гудок: