Через минуту появилась высокая, полная старушка с седой головой, без чепца, с
бледным лицом, черными, кротко мерцавшими глазами, с ласковой улыбкой, вся в белом: совершенно старинный портрет, бежавший со стены картинной галереи: это редакторша.
Неточные совпадения
Скучное дело качка; все недовольны; нельзя как следует читать, писать, спать; видны также
бледные, страдальческие
лица. Порядок дня и ночи нарушен, кроме собственно морского порядка, который, напротив, усугублен. Но зато обед, ужин и чай становятся как будто посторонним делом. Занятия, беседы нет… Просто нет житья!
Нужно ли вам поэзии, ярких особенностей природы — не ходите за ними под тропики: рисуйте небо везде, где его увидите, рисуйте с торцовой мостовой Невского проспекта, когда солнце, излив огонь и блеск на крыши домов, протечет чрез Аничков и Полицейский мосты, медленно опустится за Чекуши; когда небо как будто задумается ночью,
побледнеет на минуту и вдруг вспыхнет опять, как задумывается и человек, ища мысли: по
лицу на мгновенье разольется туман, и потом внезапно озарится оно отысканной мыслью.
Мы пристальнее всмотрелись в него:
лицо бледное, волосы русые, профиль… профиль точно еврейский — сомнения нет.
Кафры, не уступая им в пропорциональности членов, превышают их ростом. Это самое рослое племя — атлеты. Но
лицом они не так красивы, как первые; у них лоб и виски плоские, скулы выдаются;
лицо овальное, взгляд выразительный и смелый; они
бледнее негров; цвет более темно-шоколадный, нежели черный.
Купец, седой китаец, в синем халате, с косой, в очках и туфлях, да два приказчика, молодые, с длинными-предлинными, как черные змеи, косами, с длинными же, смугло-бледными, истощенными
лицами и с ногтистыми, как у птиц когти, пальцами.
Вот выступают, в белых кисейных халатах, персияне; вот парси с
бледным, матовым цветом
лица и лукавыми глазами; далее армянин в европейском пальто; там карета промчалась с китайцами из лавок в их квартал; тут англичанин едет верхом.
Луна светила им прямо в
лицо: одна была старуха, другая лет пятнадцати,
бледная, с черными, хотя узенькими, но прекрасными глазами; волосы прикреплены на затылке серебряной булавкой.
Вот отец Аввакум,
бледный и измученный бессонницей, вышел и сел в уголок на кучу снастей; вот и другой и третий, все невыспавшиеся, с измятыми
лицами. Надо было держаться обеими руками: это мне надоело, и я ушел в свой любимый приют, в капитанскую каюту.
На другой день, 2-го февраля, мы только собрались было на берег, как явился к нам английский миссионер Беттельгейм, худощавый человек, с еврейской физиономией, не с
бледным, а с выцветшим
лицом, с руками, похожими немного на птичьи когти; большой говорун.
В трактире к обеду стало поживее; из нумеров показались сонные
лица жильцов: какой-то очень благообразный, высокий, седой старик, в светло-зеленом сюртуке, ирландец, как нам сказали, полковник испанской службы, француз,
бледный, донельзя с черными волосами, донельзя в белой куртке и панталонах, как будто завернутый в хлопчатую бумагу, с нежным фальцетто, без грудных нот.
Есть много хорошеньких
лиц,
бледных, черноглазых синьор с открытой головой и волшебным веером в руках.
Она много похитила жертв, и я на каждой станции встречаю
бледные, больные
лица.
Какая жаркая заря охватывала
бледное лицо Ольги, когда он, не дожидаясь вопросительного и жаждущего взгляда, спешил бросать перед ней, с огнем и энергией, новый запас, новый материал!
Я воображал ее то в том, то в другом положении: живою, веселою, улыбающеюся; потом вдруг меня поражала какая-нибудь черта в
бледном лице, на котором остановились мои глаза: я вспоминал ужасную действительность, содрогался, но не переставал смотреть.
Неточные совпадения
И на этом деревянном
лице вдруг скользнул какой-то теплый луч, выразилось не чувство, а какое-то
бледное отражение чувства, явление, подобное неожиданному появлению на поверхности вод утопающего, произведшему радостный крик в толпе, обступившей берег.
Соня проговорила это точно в отчаянии, волнуясь и страдая и ломая руки.
Бледные щеки ее опять вспыхнули, в глазах выразилась мука. Видно было, что в ней ужасно много затронули, что ей ужасно хотелось что-то выразить, сказать, заступиться. Какое-то ненасытимое сострадание, если можно так выразиться, изобразилось вдруг во всех чертах
лица ее.
Петр Петрович несколько секунд смотрел на него с
бледным и искривленным от злости
лицом; затем повернулся, вышел, и, уж конечно, редко кто-нибудь уносил на кого в своем сердце столько злобной ненависти, как этот человек на Раскольникова. Его, и его одного, он обвинял во всем. Замечательно, что, уже спускаясь с лестницы, он все еще воображал, что дело еще, может быть, совсем не потеряно и, что касается одних дам, даже «весьма и весьма» поправимое.
Впрочем, и это
бледное и угрюмое
лицо озарилось на мгновение как бы светом, когда вошли мать и сестра, но это прибавило только к выражению его, вместо прежней тоскливой рассеянности, как бы более сосредоточенной муки.
Раскольников не отвечал, он сидел
бледный и неподвижный, все с тем же напряжением всматриваясь в
лицо Порфирия.