Неточные совпадения
Это мне, да и
тебе, вероятно, кажется дико, но он советует привыкнуть к этой мысли, отчего мы оба не будем в
дураках.
— Я смотрю с настоящей — и
тебе тоже советую: в
дураках не будешь. С твоими понятиями жизнь хороша там, в провинции, где ее не ведают, — там и не люди живут, а ангелы: вот Заезжалов — святой человек, тетушка твоя — возвышенная, чувствительная душа, Софья, я думаю, такая же дура, как и тетушка, да еще…
— Начнем с графа: положим, он примет твой вызов, положим даже, что
ты найдешь
дурака свидетеля — что ж из этого? Граф убьет
тебя, как муху, а после над
тобой же все будут смеяться; хорошо мщение! А
ты ведь не этого хочешь:
тебе бы вон хотелось истребить графа.
— Нет, пусть выслушает правду. Я мигом кончу. Скажи, пожалуйста, Александр, когда
ты клеймил сейчас своих знакомых то негодяями, то
дураками, у
тебя в сердце не зашевелилось что-нибудь похожее на угрызение совести?
— Э, полно! Порядочная женщина, разглядев
дурака, перестанет им заниматься, особенно при свидетелях: самолюбие не позволит. Тут же около будет другой, поумнее и покрасивее: она посовестится, скорей бросит. Вот для этого я и выбрал
тебя.
— Напротив, тут-то и будет. Если б
ты влюбился,
ты не мог бы притворяться, она сейчас бы заметила и пошла бы играть с вами с обоими в
дураки. А теперь… да
ты мне взбеси только Суркова: уж я знаю его, как свои пять пальцев. Он, как увидит, что ему не везет, не станет тратить деньги даром, а мне это только и нужно… Слушай, Александр, это очень важно для меня: если
ты это сделаешь — помнишь две вазы, что понравились
тебе на заводе? они — твои: только пьедестал
ты сам купи.
— И дружбу хорошо
ты понимал, — сказал он, —
тебе хотелось от друга такой же комедии, какую разыграли, говорят, в древности вон эти два
дурака… как их? что один еще остался в залоге, пока друг его съездил повидаться… Что, если б все-то так делали, ведь просто весь мир был бы дом сумасшедших!
—
Дурака! Ах, Сашенька, что
ты это? не грех ли? Антон Иваныч
дурак! Как это у
тебя язык-то поворотился? Антон Иваныч — благодетель, друг наш!
— Что кричишь-то? Я сам закричу на весь мир, что
ты дурак, скотина! — кричал Тарантьев. — Я и Иван Матвеич ухаживали за тобой, берегли, словно крепостные, служили тебе, на цыпочках ходили, в глаза смотрели, а ты обнес его перед начальством: теперь он без места и без куска хлеба! Это низко, гнусно! Ты должен теперь отдать ему половину состояния; давай вексель на его имя; ты теперь не пьян, в своем уме, давай, говорю тебе, я без того не выйду…
Понимаешь ли ты, что если я люблю этого человека, а ты требуешь, чтоб я дал ему пощечину, которая и по — моему и по — твоему вздор, пустяки, — понимаешь ли, что если ты требуешь этого, я считаю
тебя дураком и низким человеком, а если ты заставляешь меня сделать это, я убью тебя или себя, смотря по тому, чья жизнь менее нужна, — убью тебя или себя, а не сделаю этого?
Неточные совпадения
Хлестаков (защищая рукою кушанье).Ну, ну, ну… оставь,
дурак!
Ты привык там обращаться с другими: я, брат, не такого рода! со мной не советую… (Ест.)Боже мой, какой суп! (Продолжает есть.)Я думаю, еще ни один человек в мире не едал такого супу: какие-то перья плавают вместо масла. (Режет курицу.)Ай, ай, ай, какая курица! Дай жаркое! Там супу немного осталось, Осип, возьми себе. (Режет жаркое.)Что это за жаркое? Это не жаркое.
Хлестаков. Я с
тобою,
дурак, не хочу рассуждать. (Наливает суп и ест.)Что это за суп?
Ты просто воды налил в чашку: никакого вкусу нет, только воняет. Я не хочу этого супу, дай мне другого.
Хлестаков. Как
ты смеешь,
дурак!
Осклабился, товарищам // Сказал победным голосом: // «Мотайте-ка на ус!» // Пошло, толпой подхвачено, // О крепи слово верное // Трепаться: «Нет змеи — // Не будет и змеенышей!» // Клим Яковлев Игнатия // Опять ругнул: «
Дурак же
ты!» // Чуть-чуть не подрались!