Он моментально прижался к ней и начал тереться пушистым телом о ноги, заполняя пространство скрипучим мурлыканием.
– Что за безвкусица! – шипел академик, поймавший себя за машинальным мурлыканием о том, что будет добрым год-хлебород, было всяко, всяко пройдёт…
Изнутри доносилось слабое мурлыкание.