Неточные совпадения
—
Суета сует! — произнес, вздохнув всем животом своим, Тычков и поникнул
головой.
В доме была
суета. Закладывали коляску, старомодную карету. Кучера оделись в синие новые кафтаны, намазали
головы коровьим маслом и с утра напились пьяны. Дворовые женщины и девицы пестрели праздничными, разноцветными ситцевыми платьями, платками, косынками, ленточками. От горничных за десять шагов несло гвоздичной помадой.
Он потупил
голову, увидал разбросанные обломки бича у ног, наклонился, будто стыдясь, собрал их и
сунул в карман макинтоша.
Тушин молча подал ему записку. Марк пробежал ее глазами,
сунул небрежно в карман пальто, потом снял фуражку и начал пальцами драть
голову, одолевая не то неловкость своего положения перед Тушиным, не то ощущение боли, огорчения или злой досады.
Замолчал, все шире открывая рот, и вдруг вскрикнул, хрипло, точно ворон; завозился на койке, сбивая одеяло, шаря вокруг себя голыми руками; девушка тоже закричала,
сунув голову в измятую подушку.
«Вор! Максим!» — сообразил Кожемякин, приходя в себя, и, когда вор
сунул голову под кровать, тяжело свалился с постели на спину ему, сел верхом и, вцепившись в волосы, стал стучать головою вора о пол, хрипя:
Евсей
сунул голову под подушку, но через минуту, задыхаясь, вскочил — перед ним мелькнули сухие, тёмные ноги хозяина, засветились его маленькие, красные, больные глазки.
Неточные совпадения
Он даже успел
сунуть неприметно в руку; дело, впрочем, было ясное и законное, и, во всяком случае, тут помощь ближе была. Раздавленного подняли и понесли; нашлись помощники. Дом Козеля был шагах в тридцати. Раскольников шел сзади, осторожно поддерживал
голову и показывал дорогу.
Раскольников протеснился, по возможности, и увидал, наконец, предмет всей этой
суеты и любопытства. На земле лежал только что раздавленный лошадьми человек, без чувств, по-видимому, очень худо одетый, но в «благородном» платье, весь в крови. С лица, с
головы текла кровь; лицо было все избито, ободрано, исковеркано. Видно было, что раздавили не на шутку.
Запрокинув
голову, он вылил вино в рот, облил подбородок, грудь,
сунул стакан на столик и, развязывая галстук, продолжал:
«Уже решила», — подумал Самгин. Ему не нравилось лицо дома, не нравились слишком светлые комнаты, возмущала Марина. И уже совсем плохо почувствовал он себя, когда прибежал, наклоня
голову, точно бык, большой человек в теплом пиджаке, подпоясанном широким ремнем, в валенках, облепленный с
головы до ног перьями и сенной трухой. Он схватил руки Марины,
сунул в ее ладони лохматую
голову и, целуя ладони ее, замычал.
— Любопытно, — вполголоса произнес Дмитрий,
сунув руки в карманы пиджака и глядя поверх
головы брата в окно, — за окном ветер, посвистывая, сорил снегом.