Неточные совпадения
— Ах, Марфа Васильевна, какие вы! Я лишь только вырвался, так и прибежал! Я просился, просился у губернатора — не пускает:
говорит, не пущу до тех пор, пока не кончите дела! У
маменьки не был: хотел к ней пообедать в Колчино съездить — и то пустил только вчера, ей-богу…
— В кого это ты, батюшка, уродился такой живчик, да на все гораздый? — ласково
говорила она. — Батюшка твой, царство ему небесное, был такой серьезный, слова на ветер не скажет, и
маменьку отучил смеяться.
— Если хотите, расстанемтесь, вот теперь же… — уныло
говорил он. — Я знаю, что будет со мной: я попрошусь куда-нибудь в другое место, уеду в Петербург, на край света, если мне скажут это — не Татьяна Марковна, не
маменька моя — они, пожалуй, наскажут, но я их не послушаю, — а если скажете вы. Я сейчас же с этого места уйду и никогда не ворочусь сюда! Я знаю, что уж любить больше в жизни никогда не буду… ей-богу, не буду… Марфа Васильевна!
— Ваша
маменька знает о том, что вы мне
говорите теперь здесь? — спросила она, — а? знает? —
говорите, да или нет?
Кабанов. Нет, постой! Уж на что еще хуже этого. Убить ее за это мало. Вот
маменька говорит: ее надо живую в землю закопать, чтоб она казнилась! А я ее люблю, мне ее жаль пальцем тронуть. Побил немножко, да и то маменька приказала. Жаль мне смотреть-то на нее, пойми ты это, Кулигин. Маменька ее поедом ест, а она, как тень какая, ходит, безответная. Только плачет да тает, как воск. Вот я и убиваюсь, глядя на нее.
Буланов. Да ничего, помилуйте-с! Это и не нужно-с; были бы деньги.
Маменька говорит, что у меня ум не такой, не для ученья-с.
Полина. Ну, смотрите же. Я вам по простоте скажу. (Тиxo.) У нас в доме все обман, все, все, решительно все. Вы, пожалуйста, ничему не верьте, что вам говорят. За нами ничего нет.
Маменька говорит, что нас любит, а совсем не любит, только хочет поскорее с рук сбыть. Женихам в глаза льстит, а за глаза ругает. Нас заставляет притворяться.
Неточные совпадения
— Я этого не
говорю… но вы знаете, есть случаи… — прибавил он, хитро улыбаясь, — в которых благородный человек обязан жениться, и есть
маменьки, которые по крайней мере не предупреждают этих случаев…
—
Маменька, — сказал он твердо и настойчиво, — это Софья Семеновна Мармеладова, дочь того самого несчастного господина Мармеладова, которого вчера в моих глазах раздавили лошади и о котором я уже вам
говорил…
— Опять
говорю вам,
маменька, он еще очень болен. Неужели вы не видите? Может быть, страдая по нас, и расстроил себя. Надо быть снисходительным, и многое, многое можно простить.
— Про вас же,
маменька, я и
говорить не смею, — продолжал он будто заученный с утра урок, — сегодня только мог я сообразить сколько-нибудь, как должны были вы здесь, вчера, измучиться в ожидании моего возвращения.
Марья Антоновна. Ах,
маменька! ведь это он мне
говорил.