Неточные совпадения
Он там говорил о себе в третьем лице, набрасывая
легкий очерк, сквозь который едва пробивался образ нежной, любящей женщины. Думая впоследствии о своем
романе, он предполагал выработать этот очерк и включить в
роман, как эпизод.
— В Веру, — продолжал Марк, — славная девочка. Вы же брат ей на восьмой воде, вам вполовину
легче начать с ней
роман…
«А отчего у меня до сих пор нет ее портрета кистью? — вдруг спросил он себя, тогда как он, с первой же встречи с Марфенькой, передал полотну ее черты, под влиянием первых впечатлений, и черты эти вышли говорящи, „в портрете есть правда, жизнь, верность во всем… кроме плеча и рук“, — думал он. А портрета Веры нет; ужели он уедет без него!.. Теперь ничто не мешает, страсти у него нет, она его не убегает… Имея портрет,
легче писать и
роман: перед глазами будет она, как живая…
Неточные совпадения
Всегда скромна, всегда послушна, // Всегда как утро весела, // Как жизнь поэта простодушна, // Как поцелуй любви мила, // Глаза как небо голубые; // Улыбка, локоны льняные, // Движенья, голос,
легкий стан — // Всё в Ольге… но любой
роман // Возьмите и найдете, верно, // Ее портрет: он очень мил, // Я прежде сам его любил, // Но надоел он мне безмерно. // Позвольте мне, читатель мой, // Заняться старшею сестрой.
— Налить еще чаю? — спрашивала Елена, она сидела обычно с книжкой в руке, не вмешиваясь в лирические речи мужа, быстро перелистывая страницы, двигая бровями. Читала она французские
романы, сборники «Шиповника», «Фиорды», восхищалась скандинавской литературой. Клим Иванович Самгин не заметил, как у него с нею образовались отношения
легкой дружбы, которая, не налагая никаких неприятных обязательств, не угрожала принять характер отношений более интимных и ответственных.
Так вот перед такими-то все-таки сердцу
легче: несмотря на всю их аккуратность и добросовестность, все-таки даю им самый законный предлог бросить рассказ на первом эпизоде
романа.
Однако, надо сказать, что для этого парня, вообще очень невоздержанного насчет
легких случайных
романов, существовали особенные твердые моральные запреты, всосанные с молоком матери-грузинки, священные адаты относительно жены друга.
Тогда же я ушел в Вольтера, а для
легкого чтения у отца нашлась такая же обширная библиотека новейших
романов.