Неточные совпадения
Он убаюкивался этою тихой
жизнью, по временам записывая кое-что в роман: черту, сцену, лицо, записал бабушку, Марфеньку, Леонтья
с женой, Савелья и Марину, потом смотрел на Волгу, на ее течение, слушал тишину и глядел на сон этих рассыпанных по прибрежью сел и деревень, ловил в этом океане молчания какие-то одному ему слышимые звуки и шел
играть и петь их, и упивался, прислушиваясь к созданным им мотивам, бросал их на бумагу и прятал в портфель, чтоб, «со временем», обработать — ведь времени много впереди, а дел у него нет.
Он стал весел, развязен и раза два гулял
с Верой, как
с посторонней, милой, умной собеседницей, и сыпал перед ней, без умысла и желания добиваться чего-нибудь, весь свой запас мыслей, знаний, анекдотов, бурно
играл фантазией, разливался в шутках или в задумчивых догадках развивал свое миросозерцание, — словом, жил тихою, но приятною
жизнью, ничего не требуя, ничего ей не навязывая.
Неточные совпадения
— Мы ведем
жизнь довольно прозаическую, — сказал он, вздохнув, — пьющие утром воду — вялы, как все больные, а пьющие вино повечеру — несносны, как все здоровые. Женские общества есть; только от них небольшое утешение: они
играют в вист, одеваются дурно и ужасно говорят по-французски. Нынешний год из Москвы одна только княгиня Лиговская
с дочерью; но я
с ними незнаком. Моя солдатская шинель — как печать отвержения. Участие, которое она возбуждает, тяжело, как милостыня.
Молчалин! как во мне рассудок цел остался! // Ведь знаете, как
жизнь мне ваша дорога! // Зачем же ей
играть, и так неосторожно? // Скажите, что у вас
с рукой? // Не дать ли капель вам? не нужен ли покой? // Пошлемте к доктору, пренебрегать не должно.
После «тумана» наставало светлое утро,
с заботами матери, хозяйки; там манил к себе цветник и поле, там кабинет мужа. Только не
с беззаботным самонаслаждением
играла она
жизнью, а
с затаенной и бодрой мыслью жила она, готовилась, ждала…
Мало-помалу впечатление его изгладилось, и он опять
с трепетом счастья смотрел на Ольгу наедине, слушал,
с подавленными слезами восторга, ее пение при всех и, приезжая домой, ложился, без ведома Ольги, на диван, но ложился не спать, не лежать мертвой колодой, а мечтать о ней,
играть мысленно в счастье и волноваться, заглядывая в будущую перспективу своей домашней, мирной
жизни, где будет сиять Ольга, — и все засияет около нее.
Не
играя вопросом о любви и браке, не путая в него никаких других расчетов, денег, связей, мест, Штольц, однако ж, задумывался о том, как примирится его внешняя, до сих пор неутомимая деятельность
с внутреннею, семейною
жизнью, как из туриста, негоцианта он превратится в семейного домоседа?