Неточные совпадения
Вот и Райский мечтал быть артистом, и все «носит еще огонь в груди», все производит начатки, отрывки, мотивы, эскизы и широкие
замыслы, а имя его еще не громко, произведения не радуют света.
— Ведь под этим удовольствием кроется
замысел женить меня — так ли?
И сама будто ожила, и у самой родилась какая-то не то надежда на что-то, не то
замысел. Оба стали вдруг довольны, каждый про себя и друг другом.
Вера слушала в изумлении, глядя большими глазами на бабушку, боялась верить, пытливо изучала каждый ее взгляд и движение, сомневаясь, не героический ли это поступок, не великодушный ли
замысел — спасти ее, падшую, поднять? Но молитва, коленопреклонение, слезы старухи, обращение к умершей матери… Нет, никакая актриса не покусилась бы играть в такую игру, а бабушка — вся правда и честность!
— Икру? Даже затрясся весь, как увидал! А это что? — с новым удовольствием заговорил он, приподнимая крышки серебряных блюд, одну за другой. — Какая вы кокетка, Полина Карповна: даже котлетки без папильоток не можете кушать! Ах, и трюфли — роскошь юных лет! — petit-fours, bouchees de dames! Ax, что вы хотите со мной делать? — обратился он к ней, потирая от удовольствия руки — Какие
замыслы у вас?
Неточные совпадения
Не один дипломат открывал сим способом планы и
замыслы неприятелей и через то делал их непригодными; не один военачальник с помощью этой же методы выигрывал сражения или своевременно обращался в бегство.
Может быть, так и разрешилось бы это дело исподволь, если б мирному исходу его не помешали
замыслы некоторых беспокойных честолюбцев, которые уже и в то время были известны под именем"крайних".
Очень рад; я люблю врагов, хотя не по-христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь. Быть всегда настороже, ловить каждый взгляд, значение каждого слова, угадывать намерения, разрушать заговоры, притворяться обманутым, и вдруг одним толчком опрокинуть все огромное и многотрудное здание из хитростей и
замыслов, — вот что я называю жизнью.
Бог знает какие странные, какие бешеные
замыслы роились в голове моей…
Стреляясь при обыкновенных условиях, он мог целить мне в ногу, легко меня ранить и удовлетворить таким образом свою месть, не отягощая слишком своей совести; но теперь он должен был выстрелить на воздух, или сделаться убийцей, или, наконец, оставить свой подлый
замысел и подвергнуться одинаковой со мною опасности.