Неточные совпадения
Там царствует бесконечно разнообразный расчет: расчет роскоши, расчет честолюбия, расчет зависти, редко — самолюбия и никогда — сердца, то есть чувства. Красавицы приносят все
в жертву расчету: самую страсть, если постигает их страсть, даже темперамент, когда потребует того
роль, выгода положения.
Больше она ничего не боится. Играя
в страсти, она принимает все виды, все лица, все характеры, нужные для
роли, заимствуя их, как маскарадные платья, напрокат. Она робка, скромна или горда, неприступна или нежна, послушна — смотря по
роли, по моменту.
— А, сознались наконец! Так вот зачем я вам нужен: вы заглядываете
в меня, как
в арабский словарь… Незавидная
роль! — прибавил он со вздохом.
— Нет, и не может быть! — повторила она решительно. — Вы все преувеличиваете: простая любезность вам кажется каким-то entrainement, [увлечением (фр.).]
в обыкновенном внимании вы видите страсть и сами
в каком-то бреду. Вы выходите из
роли кузена и друга — позвольте напомнить вам.
Он смотрел мысленно и на себя, как это у него делалось невольно, само собой, без его ведома («и как делалось у всех, — думал он, — непременно, только эти все не наблюдают за собой или не сознаются
в этой, врожденной человеку, черте: одни — только казаться, а другие и быть и казаться как можно лучше — одни, натуры мелкие — только наружно, то есть рисоваться, натуры глубокие, серьезные, искренние — и внутренно, что
в сущности и значит работать над собой, улучшаться»), и вдумывался, какая
роль достается ему
в этой встрече: таков ли он, каков должен быть, и каков именно должен он быть?
Едва он остановился на этой последней
роли, как вздохнул глубоко, заранее предвидя, что или он, или она не продержатся до свадьбы на высоте идеала, поэзия улетучится или рассыплется
в мелкий дождь мещанской комедии! И он холодеет, зевает, чувствует уже симптомы скуки.
—
В этих развлечениях…
в этой
роли, которую вы… или, виноват…
— Одни из этих артистов просто утопают
в картах,
в вине, — продолжал Райский, — другие ищут
роли. Есть и дон-кихоты между ними: они хватаются за какую-нибудь невозможную идею, преследуют ее иногда искренно; вообразят себя пророками и апостольствуют
в кружках слабых голов, по трактирам. Это легче, чем работать. Проврутся что-нибудь дерзко про власть, их переводят, пересылают с места на место. Они всем
в тягость, везде надоели. Кончают они различно, смотря по характеру: кто угодит, вот как вы, на смирение…
Ведь
в роман он не годится: нет ему
роли там.
Как он искренно готовился к своей благородной
роли, как улыбалась ему идея долга, какую награду нашел бы он
в своем сознании, если б…
Три дня прожил лесничий по делам
в городе и
в доме Татьяны Марковны, и три дня Райский прилежно искал ключа к этому новому характеру, к его положению
в жизни и к его
роли в сердце Веры.
Не только Райский, но и сама бабушка вышла из своей пассивной
роли и стала исподтишка пристально следить за Верой. Она задумывалась не на шутку, бросила почти хозяйство, забывала всякие ключи на столах, не толковала с Савельем, не сводила счетов и не выезжала
в поле. Пашутка не спускала с нее, по обыкновению, глаз, а на вопрос Василисы, что делает барыня, отвечала: «Шепчет».
— Он не романтик, а поэт, артист, — сказала она. — Я начинаю верить
в него.
В нем много чувства, правды… Я ничего не скрыла бы от него, если б у него у самого не было ко мне того, что он называл страстью. Только чтоб его немного охладить, я решаюсь на эту глупую, двойную
роль… Лишь отрезвится, я сейчас ему скажу первая все — и мы будем друзья…
— А куда? Везде все то же; везде есть мальчики, которым хочется, чтоб поскорей усы выросли, и девичьи тоже всюду есть… Ведь взрослые не станут слушать. И вам не стыдно своей
роли? — сказала она, помолчав и перебирая рукой его волосы, когда он наклонился лицом к ее руке. — Вы верите
в нее, считаете ее не шутя призванием?
—
В сердце честной женщины, которая любит, и что
роль друга такой женщины…
Вера не шла, боролась — и незаметно мало-помалу перешла сама
в активную
роль: воротить и его на дорогу уже испытанного добра и правды, увлечь, сначала
в правду любви, человеческого, а не животного счастья, а там и дальше,
в глубину ее веры, ее надежд!..
Если появление героя страсти разбудит
в Райском затихнувшую досаду, напомнит оскорбление, — он не выдержит
роли бескорыстного посредника, увлечется пылкостью и станет
в другую, опасную
роль.
Вера, узнав, что Райский не выходил со двора, пошла к нему
в старый дом, куда он перешел с тех пор, как Козлов поселился у них, с тем чтобы сказать ему о новых письмах, узнать, как он примет это, и, смотря по этому, дать ему понять, какова должна быть его
роль, если бабушка возложит на него видеться с Марком.
Ольга, как всякая женщина в первенствующей роли, то есть
в роли мучительницы, конечно, менее других и бессознательно, но не могла отказать себе в удовольствии немного поиграть им по-кошачьи; иногда у ней вырвется, как молния, как нежданный каприз, проблеск чувства, а потом, вдруг, опять она сосредоточится, уйдет в себя; но больше и чаще всего она толкала его вперед, дальше, зная, что он сам не сделает ни шагу и останется неподвижен там, где она оставит его.
Неточные совпадения
У всякого есть свой задор: у одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие места
в ней; третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть
роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гулянье с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке, тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя или ямщиков, — словом, у всякого есть свое, но у Манилова ничего не было.
Председатель отвечал, что это вздор, и потом вдруг побледнел сам, задав себе вопрос, а что, если души, купленные Чичиковым,
в самом деле мертвые? а он допустил совершить на них крепость да еще сам сыграл
роль поверенного Плюшкина, и дойдет это до сведения генерал-губернатора, что тогда?
Обед, как видно, не составлял у Ноздрева главного
в жизни; блюда не играли большой
роли: кое-что и пригорело, кое-что и вовсе не сварилось.
Главная досада была не на бал, а на то, что случилось ему оборваться, что он вдруг показался пред всеми бог знает
в каком виде, что сыграл какую-то странную, двусмысленную
роль.
— Ну, расспросите у него, вы увидите, что… [
В рукописи четыре слова не разобрано.] Это всезнай, такой всезнай, какого вы нигде не найдете. Он мало того что знает, какую почву что любит, знает, какое соседство для кого нужно, поблизости какого леса нужно сеять какой хлеб. У нас у всех земля трескается от засух, а у него нет. Он рассчитает, насколько нужно влажности, столько и дерева разведет; у него все играет две-три
роли: лес лесом, а полю удобренье от листьев да от тени. И это во всем так.