Неточные совпадения
Он понял, что ему досталось в удел семейное счастье
и заботы об имении. До тех пор он
и не знал порядочно своих дел: за него заботился иногда Штольц.
Не ведал он хорошенько ни дохода, ни расхода своего,
не составлял никогда бюджета — ничего.
И все ушли назад, в деревню, рассказав старикам, что там лежит нездешний, ничего
не бает,
и Бог его
ведает, что он там…
Ольга заметно начала оправляться; от задумчивости она перешла к спокойствию
и равнодушию, по крайней мере наружно. Что у ней делалось внутри — Бог
ведает, но она мало-помалу становилась для Штольца прежнею приятельницею, хотя уже
и не смеялась по-прежнему громким, детским, серебряным смехом, а только улыбалась сдержанной улыбкой, когда смешил ее Штольц. Иногда даже ей как будто было досадно, что она
не может
не засмеяться.
Неточные совпадения
За что ж виновнее Татьяна? // За то ль, что в милой простоте // Она
не ведает обмана //
И верит избранной мечте? // За то ль, что любит без искусства, // Послушная влеченью чувства, // Что так доверчива она, // Что от небес одарена // Воображением мятежным, // Умом
и волею живой, //
И своенравной головой, //
И сердцем пламенным
и нежным? // Ужели
не простите ей // Вы легкомыслия страстей?
Но чаще занимали страсти // Умы пустынников моих. // Ушед от их мятежной власти, // Онегин говорил об них // С невольным вздохом сожаленья; // Блажен, кто
ведал их волненья //
И наконец от них отстал; // Блаженней тот, кто их
не знал, // Кто охлаждал любовь — разлукой, // Вражду — злословием; порой // Зевал с друзьями
и с женой, // Ревнивой
не тревожась мукой, //
И дедов верный капитал // Коварной двойке
не вверял.
Когда б он знал, какая рана // Моей Татьяны сердце жгла! // Когда бы
ведала Татьяна, // Когда бы знать она могла, // Что завтра Ленский
и Евгений // Заспорят о могильной сени; // Ах, может быть, ее любовь // Друзей соединила б вновь! // Но этой страсти
и случайно // Еще никто
не открывал. // Онегин обо всем молчал; // Татьяна изнывала тайно; // Одна бы няня знать могла, // Да недогадлива была.
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же? // Да Ольга слово уж дала // Онегину. О Боже, Боже! // Что слышит он? Она могла… // Возможно ль? Чуть лишь из пеленок, // Кокетка, ветреный ребенок! // Уж хитрость
ведает она, // Уж изменять научена! //
Не в силах Ленский снесть удара; // Проказы женские кляня, // Выходит, требует коня //
И скачет. Пистолетов пара, // Две пули — больше ничего — // Вдруг разрешат судьбу его.
Не мадригалы Ленский пишет // В альбоме Ольги молодой; // Его перо любовью дышит, //
Не хладно блещет остротой; // Что ни заметит, ни услышит // Об Ольге, он про то
и пишет: //
И полны истины живой // Текут элегии рекой. // Так ты, Языков вдохновенный, // В порывах сердца своего, // Поешь бог
ведает кого, //
И свод элегий драгоценный // Представит некогда тебе // Всю повесть о твоей судьбе.