Неточные совпадения
Многие
дамы были хорошо одеты и по моде, другие оделись
во что Бог послал в губернский город.
—
Дай бог, чтобы прошло. Я-то смазывала свиным салом и скипидаром тоже смачивала. А с чем прихлебнете чайку?
Во фляжке фруктовая.
Фонари еще не зажигались, кое-где только начинались освещаться окна домов, а в переулках и закоулках происходили сцены и разговоры, неразлучные с этим временем
во всех городах, где много солдат, извозчиков, работников и особенного рода существ, в виде
дам в красных шалях и башмаках без чулок, которые, как летучие мыши, шныряют по перекресткам.
Так обе
дамы и остались
во взаимном нерасположении, по выражению городского света.
Во время обедни у одной из
дам заметили внизу платья такое руло, [Рулó — обруч из китового уса, вшитый в юбку.] которое растопырило его на полцеркви, так что частный пристав, находившийся тут же,
дал приказание подвинуться народу подалее, то есть поближе к паперти, чтоб как-нибудь не измялся туалет ее высокоблагородия.
Галопад летел
во всю пропалую: почтмейстерша, капитан-исправник,
дама с голубым пером,
дама с белым пером, грузинский князь Чипхайхилидзев, чиновник из Петербурга, чиновник из Москвы, француз Куку, Перхуновский, Беребендовский — все поднялось и понеслось…
Каждая
дама дала себе внутренний обет быть как можно очаровательней в танцах и показать
во всем блеске превосходство того, что у нее было самого превосходного.
А потому, для избежания всего этого, будем называть
даму, к которой приехала гостья, так, как она называлась почти единогласно в городе N.: именно,
дамою приятною
во всех отношениях.
Всякое движение производила она со вкусом, даже любила стихи, даже иногда мечтательно умела держать голову, — и все согласились, что она, точно,
дама приятная
во всех отношениях.
Едва только
во всех отношениях приятная
дама узнала о приезде просто приятной
дамы, как уже вбежала в переднюю.
Гостья уже хотела было приступить к делу и сообщить новость. Но восклицание, которое издала в это время
дама приятная
во всех отношениях, вдруг
дало другое направление разговору.
— Какой веселенький ситец! — воскликнула
во всех отношениях приятная
дама, глядя на платье просто приятной
дамы.
Нужно заметить, что
во всех отношениях приятная
дама была отчасти материалистка, склонна к отрицанию и сомнению и отвергала весьма многое в жизни.
— Ну уж это просто: признаюсь! — сказала
дама приятная
во всех отношениях, сделавши движенье головою с чувством достоинства.
— Так у вас разве есть выкройка? — вскрикнула
во всех отношениях приятная
дама не без заметного сердечного движенья.
— Ну что ж наш прелестник? — сказала между тем
дама приятная
во всех отношениях.
— Это, однако ж, странно, — сказала
во всех отношениях приятная
дама, — что бы такое могли значить эти мертвые души? Я, признаюсь, тут ровно ничего не понимаю. Вот уже
во второй раз я все слышу про эти мертвые души; а муж мой еще говорит, что Ноздрев врет; что-нибудь, верно же, есть.
— Ну, слушайте же, что такое эти мертвые души, — сказала
дама приятная
во всех отношениях, и гостья при таких словах вся обратилась в слух: ушки ее вытянулись сами собою, она приподнялась, почти не сидя и не держась на диване, и, несмотря на то что была отчасти тяжеловата, сделалась вдруг тонее, стала похожа на легкий пух, который вот так и полетит на воздух от дуновенья.
— Мертвые души… — произнесла
во всех отношениях приятная
дама.
Это заключение, точно, было никак неожиданно и
во всех отношениях необыкновенно. Приятная
дама, услышав это, так и окаменела на месте, побледнела, побледнела как смерть и, точно, перетревожилась не на шутку.
— А я, признаюсь, как только вы открыли рот, я уже смекнула, в чем дело, — отвечала
дама приятная
во всех отношениях.
— Ах, что вы это говорите, Софья Ивановна! — сказала
дама приятная
во всех отношениях и всплеснула руками.
Во всех отношениях приятная
дама вспомнила, что выкройка для модного платья еще не находится в ее руках, а просто приятная
дама смекнула, что она еще не успела выведать никаких подробностей насчет открытия, сделанного ее искреннею приятельницею, и потому мир последовал очень скоро.
Во всех отношениях приятная
дама прямо отозвалась незнанием.
Губернаторша, как мать семейства, как первая в городе
дама, наконец как
дама, не подозревавшая ничего подобного, была совершенно оскорблена подобными историями и пришла в негодование,
во всех отношениях справедливое.
И грозно объемлет меня могучее пространство, страшною силою отразясь
во глубине моей; неестественной властью осветились мои очи: у! какая сверкающая, чудная, незнакомая земле
даль!
— Противузаконная, однако ж, вещь, — сказал Вишнепокромов, — капиталы не должны быть в одних <руках>. Это теперь предмет трактатов
во всей Европе. Имеешь деньги, — ну, сообщай другим: угощай,
давай балы, производи благодетельную роскошь, которая
дает хлеб мастерам, ремесленникам.
Неточные совпадения
Но там, где Мельпомены бурной // Протяжный раздается вой, // Где машет мантией мишурной // Она пред хладною толпой, // Где Талия тихонько дремлет // И плескам дружеским не внемлет, // Где Терпсихоре лишь одной // Дивится зритель молодой // (Что было также в прежни леты, //
Во время ваше и мое), // Не обратились на нее // Ни
дам ревнивые лорнеты, // Ни трубки модных знатоков // Из лож и кресельных рядов.
Увы, на разные забавы // Я много жизни погубил! // Но если б не страдали нравы, // Я балы б до сих пор любил. // Люблю я бешеную младость, // И тесноту, и блеск, и радость, // И
дам обдуманный наряд; // Люблю их ножки; только вряд // Найдете вы в России целой // Три пары стройных женских ног. // Ах! долго я забыть не мог // Две ножки… Грустный, охладелый, // Я всё их помню, и
во сне // Они тревожат сердце мне.
Но вы, разрозненные томы // Из библиотеки чертей, // Великолепные альбомы, // Мученье модных рифмачей, // Вы, украшенные проворно // Толстого кистью чудотворной // Иль Баратынского пером, // Пускай сожжет вас божий гром! // Когда блистательная
дама // Мне свой in-quarto подает, // И дрожь и злость меня берет, // И шевелится эпиграмма //
Во глубине моей души, // А мадригалы им пиши!
Неправильный, небрежный лепет, // Неточный выговор речей // По-прежнему сердечный трепет // Произведут в груди моей; // Раскаяться
во мне нет силы, // Мне галлицизмы будут милы, // Как прошлой юности грехи, // Как Богдановича стихи. // Но полно. Мне пора заняться // Письмом красавицы моей; // Я слово
дал, и что ж? ей-ей, // Теперь готов уж отказаться. // Я знаю: нежного Парни // Перо не в моде в наши дни.
Но это спокойствие часто признак великой, хотя скрытой силы; полнота и глубина чувств и мыслей не допускает бешеных порывов: душа, страдая и наслаждаясь,
дает во всем себе строгий отчет и убеждается в том, что так должно; она знает, что без гроз постоянный зной солнца ее иссушит; она проникается своей собственной жизнью, — лелеет и наказывает себя, как любимого ребенка.