Сам Лосский признает, что различие между явлениями, которыми занимается наука, и сущностью
вещей лежит в самом бытии, а не в природе отношений между субъектом и объектом.
За границей он заходил иногда к антиквариям и с видом знатока осматривал древности и высказывал свое мнение, покупал какую-нибудь вещь, антикварий брал с него, сколько хотел, и купленная
вещь лежала потом, забитая в ящик, в каретном сарае, пока не исчезала неизвестно куда.
Какие хорошие люди! Пока я пью чай и слушаю про Сашу, мои
вещи лежат на дворе, в возке. На вопрос, не украдут ли их, мне отвечают с улыбкой:
В кабинете Гаярин подошел к бюро, выдвинул один из ящиков и положил в него депешу. На письменном столе и по всей комнате замечался порядок, редко бывающий у самых аккуратных русских. Каждая
вещь лежала и стояла на своем месте, но без жесткости и педантства, как будто даже с некоторою небрежностью, но над всем был неизменный надзор острых, темно-серых глаз хозяина.
Неточные совпадения
— Он ограбил, вот и вся причина. Он взял деньги и
вещи. Правда, он, по собственному своему сознанию, не воспользовался ни деньгами, ни
вещами, а снес их куда-то под камень, где они и теперь
лежат. Но это потому, что он не посмел воспользоваться.
Вдруг он вспомнил, что кошелек и
вещи, которые он вытащил у старухи из сундука, все до сих пор у него по карманам
лежат!
Затем, испуганно и безумно, бросился к углу, к той самой дыре в обоях, в которой тогда
лежали вещи, засунул в нее руку и несколько минут тщательно обшаривал дыру, перебирая все закоулки и все складки обой.
Наглядел бы я там еще прежде, на этом дворе, какой-нибудь такой камень этак в пуд или полтора весу, где-нибудь в углу, у забора, что с построения дома, может,
лежит; приподнял бы этот камень — под ним ямка должна быть, — да в ямку-то эту все бы
вещи и деньги и сложил.
— Ате деньги… я, впрочем, даже и не знаю, были ли там и деньги-то, — прибавил он тихо и как бы в раздумье, — я снял у ней тогда кошелек с шеи, замшевый… полный, тугой такой кошелек… да я не посмотрел на него; не успел, должно быть… Ну, а
вещи, какие-то все запонки да цепочки, — я все эти
вещи и кошелек на чужом одном дворе, на В — м проспекте под камень схоронил, на другое же утро… Все там и теперь
лежит…