Неточные совпадения
Не меньше замечателен другой тип: отъявленный мерзавец Загорецкий, везде ругаемый и, к изумленью, всюду принимаемый, лгун, плут, но в то же время мастер угодить всякому сколько-нибудь значительному или сильному лицу доставленьем ему того, к чему он греховно падок, готовый, в случае надобности, сделаться патриотом и ратоборцем нравственности, зажечь костры и на них предать пламени все книги, какие ни есть на свете, а в том числе и сочинителей даже самих басен за их вечные
насмешки над львами и орлами и сим обнаруживший, что, не бояся ничего, даже самой позорнейшей брани,
боится, однако ж,
насмешки, как черт креста.
Смешно было в его года надеть студентский мундир; но он не
боялся насмешек: его спартанское воспитание хоть на то пригодилось, что развило в нем пренебрежение к чужим толкам, — и он надел, не смущаясь, студентский мундир.
Он, может быть, отказался бы даже от предприятия, если б не боялся прослыть трусом в глазах Захара, если б не
боялся насмешек товарищей, которым, без сомнения, обо всем расскажет Захар…
А когда бываю в комнате или, того-этого, еду на пролетке, то
боюсь насмешек и все думаю о двери: как бы не забыть, того-этого, где дверь.
Неточные совпадения
«Я ведь не знаю, не знаю, — сказал он тогда, — может, не убью, а может, убью.
Боюсь, что ненавистен он вдруг мне станет своим лицом в ту самую минуту. Ненавижу я его кадык, его нос, его глаза, его бесстыжую
насмешку. Личное омерзение чувствую. Вот этого
боюсь, вот и не удержусь…»
Да чего ты грустен сидишь, Алешечка, аль меня
боишься? — с веселою
насмешкой заглянула она ему в глаза.
Тем не менее самая главная забота его была о старце: он трепетал за него, за славу его,
боялся оскорблений ему, особенно тонких, вежливых
насмешек Миусова и недомолвок свысока ученого Ивана, так это все представлялось ему.
— Я ведь не знаю, не знаю… Может быть, не убью, а может, убью.
Боюсь, что ненавистен он вдруг мне станет своим лицом в ту самую минуту. Ненавижу я его кадык, его нос, его глаза, его бесстыжую
насмешку. Личное омерзение чувствую. Вот этого
боюсь. Вот и не удержусь…
Володя и Дубков как будто
боялись всего, что было похоже на серьезные рассуждения и чувствительность; Нехлюдов, напротив, был энтузиаст в высшей степени и часто, несмотря на
насмешки, пускался в рассуждения о философских вопросах и о чувствах.