Неприятель стрелял через нас, и наши сзади стреляли, тоже через нас. Сущий ад кругом! Солнышка от дыма не видать… Ружейные выстрелы кругом — как хлопушки… та-та-та-та-та. Пули визжат да посвистывают на все голоса, — как на пчельнике! Орудия и с той и другой стороны: бо-у, бу-бу-боу-бу-бу, боу!.. Гранаты рвутся одна за другой: тах-тах, только осколки от них воют…
В начале действий он знал только то, что по всему его полку стали летать ядра и гранаты и бить людей, что потом кто-то закричал: «конница», и наши стали стрелять.
Он участвовал при переправе через Дунай, переходил Балканы, отсиживался на Шипке, был при последней атаке Плевны; ранили его один раз тяжело, четыре — легко, и, кроме того, он получил осколком гранаты жестокую контузию в голову.
Вдруг гранатой взорвалась одна из дальних ламп, и буквально под ногами руководителя ей эхом ответила ещё одна, так что во все стороны полетели мелкие осколки тонкого стекла.
Перед самым рассветом мы проснулись, напуганные внезапными взрывами ручных гранат возле здания, где мы разместились.
Но заговорщики, используя это замешательство публики и службы безопасности, внезапно открыли автоматный огонь по трибуне и начали бросать гранаты.
Вдруг гранатой взорвалась одна из дальних ламп, и буквально под ногами руководителя ей эхом ответила ещё одна, так что во все стороны полетели мелкие осколки тонкого стекла.