Неточные совпадения
— Написал я
пьесу,
а без имени не берут. Не откажите поставить свое имя рядом с моим, и гонорар пополам, — предлагаю ему.
Он взял
пьесу и начал читать,
а мне дал сигару и газету.
— Ну-с, так через неделю чтобы
пьеса была у меня. Неделя — это только для начала,
а там надо будет
пьесы в два дня перешивать.
Через неделю я принес. Похвалил, дал денег и еще
пьесу.
А там и пошло, и пошло: два дня — трехактный фарс и двадцать пять рублей.
Пьеса его и подпись его,
а работа целиком моя.
— Да ведь он же режиссер. Ну, пришлют ему
пьесу для постановки в театре,
а он сейчас же за мной. Прихожу к нему тайком в кабинет. Двери позатворяет, слышу — в гостиной знакомые голоса, товарищи по сцене там,
а я, как краденый. Двери кабинета на ключ. Подает
пьесу — только что с почты — и говорит...
Раз в
пьесе, полученной от него, письмо попалось: писал он сам автору, что
пьеса поставлена быть не может по независящим обстоятельствам. Конечно, зачем чужую ставить, когда своя есть! Через два дня я эту
пьесу перелицевал, через месяц играли ее,
а фарс с найденным письмом отослали автору обратно в тот же день, когда я возвратил его.
Например, автор назвал
пьесу «В руках»,
а я сейчас — «В рукавицах», или назовет автор — «Рыболов»,
а я — «На рыбной ловле».
А чтобы
пьесу совсем нельзя было узнать, вставишь автомата или попугая.
— Обворовываю талантливых авторов! Ведь на это я пошел, когда меня с квартиры гнали…
А потом привык. Я из-за куска хлеба,
а тот имя свое на
пьесах выставляет, слава и богатство у него. Гонорары авторские лопатой гребет, на рысаках ездит…
А я? Расходы все мои, получаю за
пьесу двадцать рублей, из них пять рублей переписчикам… Опохмеляю их, оголтелых, чаем пою… Пока не опохмелишь, руки-то у них ходуном ходят…
— Не было бы. Ведь их в квартиру пускать нельзя без нее…
А народ они грамотный и сцену знают. Некоторые — бывшие артисты… В два дня
пьесу стряпаем: я — явление, другой — явление, третий — явление, и кипит дело… Эллен, ты угощай завтраком гостя,
а я займусь
пьесой… Уж извините меня… Завтра утром сдавать надо… Посидите с женой.
Прямо-таки сцена из
пьесы «Воздушный пирог», что с успехом шла в Театре Революции. Все — как живые!.. Так же жестикулирует Семен Рак, так же нахальничает подкрашенная танцовщица Рита Керн… Около чувствующего себя неловко директора банка Ильи Коромыслова трется Мирон Зонт, просящий субсидию для своего журнала…
А дальше секретари, секретарши, директора, коммерсанты обрыдловы и все те же Семены раки, самодовольные, начинающие жиреть…
А еще раньше, в 1854 году, но уже не в «клоповнике»,
а в офицерских камерах гауптвахты содержался по обвинению в убийстве француженки Деманш
А. В. Сухово-Кобылин, который здесь написал свою
пьесу «Свадьба Кречинского», до сих пор не сходящую со сцены.
Неточные совпадения
«Негодяй и, наверное, шпион», — отметил брезгливо Самгин и тут же подумал, что вторжение бытовых эпизодов в драмы жизни не только естественно,
а, прерывая течение драматических событий, позволяет более легко переживать их. Затем он вспомнил, что эта мысль вычитана им в рецензии какой-то парижской газеты о какой-то
пьесе, и задумался о делах практических.
Владимирские пастухи-рожечники, с аскетическими лицами святых и глазами хищных птиц, превосходно играли на рожках русские песни,
а на другой эстраде, против военно-морского павильона, чернобородый красавец Главач дирижировал струнным инструментам своего оркестра странную
пьесу, которая называлась в программе «Музыкой небесных сфер». Эту
пьесу Главач играл раза по три в день, публика очень любила ее,
а люди пытливого ума бегали в павильон слушать, как тихая музыка звучит в стальном жерле длинной пушки.
Вечером он скучал в театре, глядя, как играют
пьесу Ведекинда,
а на другой день с утра до вечера ходил и ездил по городу, осматривая его, затем посвятил день поездке в Потсдам.
— Видел я в Художественном «На дне», — там тоже Туробоев, только поглупее.
А пьеса — не понравилась мне, ничего в ней нет, одни слова. Фельетон на тему о гуманизме. И — удивительно не ко времени этот гуманизм, взогретый до анархизма! Вообще — плохая химия.
— Ну, она рассказала — вот что про себя. Подходил ее бенефис,
а пьесы не было: драматургов у нас немного: что у кого было, те обещали другим,
а переводную ей давать не хотелось. Она и вздумала сочинить сама…