Неточные совпадения
В тот день, когда произошла история с дыркой, он подошел ко мне
на ипподроме за советом:
записывать ли ему свою лошадь
на следующий приз, имеет ли она шансы?
На подъезде, после окончания бегов, мы случайно еще раз встретились, и он предложил по случаю дождя довезти меня в своем экипаже до дому. Я отказывался, говоря, что еду
на Самотеку, а это ему не по пути, но он уговорил меня и, отпустив кучера, лихо домчал в своем шарабане до Самотеки, где я зашел к моему старому другу художнику Павлику Яковлеву.
Каждая «среда» с той поры имела свой протокол… Крупные имена сверкали в этих протоколах под рисунками, отражавшими быт современности. Кроме художников, писали стихи поэты. М. А. Лохвицкая, Е. А. Буланина, В. Я. Брюсов
записали на протоколах по нескольку стихотворений.
А
на том месте, где сейчас висят цепи Пугачева, которыми он был прикован к стене тюрьмы, тогда висела «черная доска»,
на которую
записывали исключенных за неуплаченные долги членов клуба, которым вход воспрещался впредь до уплаты долгов. Комната эта звалась «лифостротон». [Судилище.]
Попробовал
на проездках — удачно.
Записал одну
на поощрительный приз — благополучно пришел последним. После ряда проигрышей ему дали
на большой гандикап выгодную дистанцию. Он уже совсем выиграл бы, если б не тот случай, о котором ему напоминали из сочувствия каждый раз извозчики.
Неточные совпадения
Вообрази, Деребину какое счастье: тетка его поссорилась с сыном за то, что женился
на крепостной, и теперь
записала ему все именье.
— Надо Штольца спросить, как приедет, — продолжал Обломов, — кажется, тысяч семь, восемь… худо не
записывать! Так он теперь сажает меня
на шесть! Ведь я с голоду умру! Чем тут жить?
Три года вдовеет Агафья Матвеевна: в это время все изменилось
на прежний лад. Братец занимались подрядами, но разорились и поступили кое-как, разными хитростями и поклонами,
на прежнее место секретаря в канцелярии, «где
записывают мужиков», и опять ходят пешком в должность и приносят четвертаки, полтинники и двугривенные, наполняя ими далеко спрятанный сундучок. Хозяйство пошло такое же грубое, простое, но жирное и обильное, как в прежнее время, до Обломова.
Запиши всех, кто только ходил бить челом
на меня, и вот этих больше всего писак, писак, которые закручивали им просьбы.
Всегда она бывала чем-нибудь занята: или вязала чулок, или рылась в сундуках, которыми была наполнена ее комната, или
записывала белье и, слушая всякий вздор, который я говорил, «как, когда я буду генералом, я женюсь
на чудесной красавице, куплю себе рыжую лошадь, построю стеклянный дом и выпишу родных Карла Иваныча из Саксонии» и т. д., она приговаривала: «Да, мой батюшка, да».