Неточные совпадения
Пускай потом картина Рафаэля окажется доморощенной мазней, а колье — бутылочного стекла, покупатель все равно идет опять на Сухаревку в тех же мечтах и
до самой
смерти будет искать «на грош пятаков».
Потом ее отсюда перевезли в Ивановский монастырь, в склеп, где она тридцать лет
до самой
смерти сидела.
Конечно, и Чаадаев, о котором в связи с Английским клубом вспоминает Герцен в «Былом и думах», был бельмом на глазу, но исключить его было не за что, хотя он тоже за свои сочинения был объявлен сумасшедшим, — но это окончилось благополучно, и Чаадаев неизменно, от юности
до своей
смерти 14 апреля 1856 года, был членом клуба и, по преданиям, читал в «говорильне» лермонтовское стихотворение на
смерть Пушкина. Читал — а его слушали «ничтожные потомки известной подлостью прославленных отцов…».
За два дня
до своей
смерти Чаадаев был еще в Английском клубе и радовался окончанию войны. В это время в «говорильне» смело обсуждались политические вопросы, говорили о войне и о крепостничестве.
Дом был выстроен во второй половине XVIII века поэтом совместно с братом генерал-поручиком А. М. Херасковым. Поэт Херасков жил здесь с семьей
до самой своей
смерти.
Казаки всё это видели, только ни один не спустился меня искать: они, верно, думали, что я убился
до смерти, и я слышал, как они бросились ловить моего коня.
Между тем им нисколько не показалось удивительно, как это, например, кузнец Тарас чуть было собственноручно не запарился
до смерти в землянке, до того, что надо было отливать его водой.
Неточные совпадения
Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера — напротив, что
до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже
смерти ничего не случится — а
смерти не минуешь!
До его квартиры оставалось только несколько шагов. Он вошел к себе, как приговоренный к
смерти. Ни о чем не рассуждал и совершенно не мог рассуждать; но всем существом своим вдруг почувствовал, что нет у него более ни свободы рассудка, ни воли и что все вдруг решено окончательно.
Наконец, когда уж она дошла
до совершенного убеждения в
смерти несчастного, — он вошел в ее комнату.
— Ах, Петр Петрович, вы не поверите,
до какой степени вы меня теперь испугали! — продолжала Пульхерия Александровна. — Я его всего только два раза видела, и он мне показался ужасен, ужасен! Я уверена, что он был причиною
смерти покойницы Марфы Петровны.
— А вам разве не жалко? Не жалко? — вскинулась опять Соня, — ведь вы, я знаю, вы последнее сами отдали, еще ничего не видя. А если бы вы все-то видели, о господи! А сколько, сколько раз я ее в слезы вводила! Да на прошлой еще неделе! Ох, я! Всего за неделю
до его
смерти. Я жестоко поступила! И сколько, сколько раз я это делала. Ах, как теперь, целый день вспоминать было больно!