Неточные совпадения
Каково же было удивление, когда на другой
день утром жена, вынимая газеты из ящика у двери, нашла в нем часы
с цепочкой, завернутые в бумагу! При часах грамотно написанная записка: «Стырено по ошибке, не знали, что ваши, получите
с извинением». А сверху написано: «В.А. Гиляровскому». Тем и кончилось. Может быть, я и встречался где-нибудь
с автором
этого дела и письма, но никто не намекнул о происшедшем.
Я не любил работать в редакции — уж очень чинно и холодно среди застегнутых черных сюртуков, всех
этих прекрасных людей, больших людей, но скучных. То ли
дело в типографии! Наборщики —
это моя любовь. Влетаешь
с известием, и сразу все смотрят: что-нибудь новое привез! Первым
делом открываю табакерку. Рады оторваться от скучной ловли букашек. Два-три любителя — потом я их развел много — подойдут, понюхают табаку и чихают. Смех, веселье! И метранпаж рад — после минутного веселого отдыха лучше работают.
В погоне за десятикопеечной подачкой десятитысячная толпа задавила десять человек. За два
дня перед
этим умер московский миллионер, чайный торговец А.
С. Губкин.
В
эти дни он был особенно буен и стремился все разрушать. Но раз, совсем неожиданно, такой период пришел осенью. Мамлик сорвался
с цепей и вышел в задние ворота зоологического сада.
Но
эти семь тысяч спасли А.Я. Липскерова. Вообще ему везло. Затевая издание газеты, он не задавался никакими высокими идеями, а смотрел на газету как на коммерческое
дело с конечной целью разбогатеть по примеру Н.И. Пастухова, а что писалось в газете, его занимало мало. Его интересовали только доходы.
— Какое же
это самоубийство, когда он жив остался?! Врешь все! — напустился раз Н.И. Пастухов на репортера
С.А. Епифанова, который сообщил о самоубийстве студента, а на другой
день выяснилось, что
это было только покушение на самоубийство.
«Ну, заварили вы кашу! Сейчас один из моих агентов вернулся. Рабочие никак не успокоятся, а фабрикантам в копеечку влетит. Приехал сам прокурор судебной палаты на место. Лично ведет строжайшее следствие. За укрывательство кое-кто из властей арестован; потребовал перестройки казарм и улучшения быта рабочих, сам говорил
с рабочими,
это только и успокоило их.
Дело будет разбираться во Владимирском суде».
— К нам, бывало, — рассказывал служащий Балашова, — придет
с Костей и еще
с кем-нибудь — всегда на
эти дела втроем ходили — и требует у хозяина 25 рублей или 50, грозя спалить фабрику.
Сам Н.И. Пастухов ни разу, сколько можно было заметить, не вспоминал ни случая нечаянного убийства, ни совпадения обрушившихся на него несчастий
с поразившим его проклятием матери Васи. Помимо нравственного горя,
это роковое
дело принесло Н.И. Пастухову немало и материальных убытков.
А.П. Сухов, которому к
этому времени исполнилось двадцать шесть лет, оставил богомаза, нанял комнатку за три рубля в месяц на Козихе и принялся за работу. Читал, учился по вечерам, начав
с грамматики, а
днем писал образа по заказу купцов.
А через три
дня, в четверг, в «Развлечении» появились во весь лист карикатуры: лопнувший колокол, а рядом два близнеца
с лицом Н.П. Ланина, редактора «Русского курьера», а далее сам Н.П. Ланин сидит в ванне
с надписью «ланинское шампанское» и из ванны вылетает стая уток, и тут же издатель «Новостей
дня» А.Я. Липскеров ловит
этих уток.
За следующими кружками пива выяснилось
дело. А.М. Пазухин, который под псевдонимами потихоньку от Н.И. Пастухова давал сценки в газету В.Э. Миллера, дал и
эту мелочь. Она прошла вместе
с другими.
Из числа романистов печатались: Северцов-Полилов, Андрей Осипов, Назарьева, Д.
С. Дмитриев. Родион Менделевич (Меч) ежедневно пересыпал газету звучными юмористическими стихами. Из злободневных фельетонистов имел большой успех Н.Г. Шебуев, который, окончивши университет, перешел в «Русский листок» из «Новостей
дня» и стал писать передовые статьи и фельетоны, для которых брал судебные отчеты и делал из
этих отчетов беллетристические бытовые сценки, очень живо написанные.
Н.И. Пастухов оказался прав. Газету разрекламировали. На другой
день вместе
с этим письмом начал печататься сенсационный роман А. Ив. Соколовой «Новые птицы — новые песни», за ее известным псевдонимом «Синее домино».
На другой
день пристав, театрал и приятель В.П. Далматова, которому тот рассказал о вчерашнем, сказал, что
это был драгунский юнкер Владимир Бестужев, который, вернувшись
с войны, пропивает свое имение, и что сегодня его губернатор уже выслал из Пензы за целый ряд буйств и безобразий.
Вернувшись в свой номер, я сравнил записанную мной речь Витте
с полученной от секретаря и нашел, что моя телеграмма несколько иная. Амфитеатрова в
этот день я не видал и только на другой
день рассказал ему об
этом.
Этот самый Альберт, ничего общего не имевший до того
с печатным
делом и мало кому ведомый, выбросил на газету целый капитал.
Моя телеграмма в газету через петербургскую цензуру попала в министерство иностранных
дел, которое совместно
с представителями других держав послало своих представителей на организованный Миланом суд.
Этот суд должен был приговорить шестьдесят шесть обвиняемых вождей радикалов
с Пашичем, Протичем и Николичем во главе к смертной казни.
В разговорах
с ними я иногда показывал ловкость в работе арканом или выездке неуков, но все
это они относили просто к моей ловкости и знанию конского
дела.
Неточные совпадения
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и в то же время говорит про себя.)А вот посмотрим, как пойдет
дело после фриштика да бутылки толстобрюшки! Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит
с ног. Только бы мне узнать, что он такое и в какой мере нужно его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который подходит к двери, но в
это время дверь обрывается и подслушивавший
с другой стороны Бобчинский летит вместе
с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
X л е
с т а к о в (принимая деньги).Покорнейше благодарю. Я вам тотчас пришлю их из деревни… у меня
это вдруг… Я вижу, вы благородный человек. Теперь другое
дело.
«Избави Бог, Парашенька, // Ты в Питер не ходи! // Такие есть чиновники, // Ты
день у них кухаркою, // А ночь у них сударкою — // Так
это наплевать!» // «Куда ты скачешь, Саввушка?» // (Кричит священник сотскому // Верхом,
с казенной бляхою.) // — В Кузьминское скачу // За становым. Оказия: // Там впереди крестьянина // Убили… — «Эх!.. грехи!..»
Скотинин. Кого? За что? В
день моего сговора! Я прошу тебя, сестрица, для такого праздника отложить наказание до завтрева; а завтра, коль изволишь, я и сам охотно помогу. Не будь я Тарас Скотинин, если у меня не всякая вина виновата. У меня в
этом, сестрица, один обычай
с тобою. Да за что ж ты так прогневалась?
Стародум. Слушай, друг мой! Великий государь есть государь премудрый. Его
дело показать людям прямое их благо. Слава премудрости его та, чтоб править людьми, потому что управляться
с истуканами нет премудрости. Крестьянин, который плоше всех в деревне, выбирается обыкновенно пасти стадо, потому что немного надобно ума пасти скотину. Достойный престола государь стремится возвысить души своих подданных. Мы
это видим своими глазами.