Неточные совпадения
Истый казак, несмотря
на столичную культуру, сказался
в нем. Ведь ни один казак никогда не спросит, куда едете или идете, — это считается неприличным,
допросом каким-то, — а так, как-нибудь стороной, подойдет к этому. Слово же «куда» прямо считается оскорблением.
В поисках сенсаций для «Голоса Москвы»
В.М. Дорошевич узнал, что
в сарае при железнодорожной будке, близ Петровско-Разумовского, зарезали сторожа и сторожиху. Полный надежд дать новинку, он пешком бросился
на место происшествия. Отмахав верст десять по июльской жаре, он застал еще трупы
на месте. Сделав описание обстановки, собрав сведения, он попросил разрешения войти
в будку, где судебный следователь производил
допрос.
Неточные совпадения
— Как попали! Как попали? — вскричал Разумихин, — и неужели ты, доктор, ты, который прежде всего человека изучать обязан и имеешь случай, скорей всякого другого, натуру человеческую изучить, — неужели ты не видишь, по всем этим данным, что это за натура этот Николай? Неужели не видишь, с первого же разу, что все, что он показал при
допросах, святейшая правда есть? Точнехонько так и попали
в руки, как он показал. Наступил
на коробку и поднял!
Усоловцы крестилися, // Начальник бил глашатая: // «Попомнишь ты, анафема, // Судью ерусалимского!» // У парня, у подводчика, // С испуга вожжи выпали // И волос дыбом стал! // И, как
на грех, воинская // Команда утром грянула: //
В Устой, село недальное, // Солдатики пришли. //
Допросы! усмирение! — // Тревога! по спопутности // Досталось и усоловцам: // Пророчество строптивого // Чуть
в точку не сбылось.
Молодой хозяин сначала стал следовать за мною со всевозможным вниманием и прилежностию; но как по счетам оказалось, что
в последние два года число крестьян умножилось, число же дворовых птиц и домашнего скота нарочито уменьшилось, то Иван Петрович довольствовался сим первым сведением и далее меня не слушал, и
в ту самую минуту, как я своими разысканиями и строгими
допросами плута старосту
в крайнее замешательство привел и к совершенному безмолвию принудил, с великою моею досадою услышал я Ивана Петровича крепко храпящего
на своем стуле.
Офицер, который ведет его дело, — очень любезный человек, — пожаловался мне, что Дмитрий держит себя
на допросах невежливо и не захотел сказать, кто вовлек его…
в эту авантюру, этим он очень повредил себе…
— Хотя — сознаюсь:
на первых двух
допросах боялась я, что при обыске они нашли один адрес. А
в общем я ждала, что все это будет как-то серьезнее, умнее. Он мне говорит: «Вот вы Лассаля читаете». — «А вы, спрашиваю, не читали?» — «Я, говорит, эти вещи читаю по обязанности службы, а вам, девушке, — зачем?» Так и сказал.