Неточные совпадения
Согреться
стаканом сивухи — у всех
было единой целью и надеждой.
Выпили по
стакану, пожевали хлеба, промыли глаза — рукавом кто, а кто подолом рубахи вытерлись…
В это время
был подан третий
стакан для чаю. Отец нас познакомил...
На этот раз он сам налил полный
стакан,
выпил с маху и крякнул...
Сперва болели все кости, а через неделю втянулся, окреп и на зависть злюке Вороне
ел за пятерых, а старик Иваныч уступал мне свой
стакан водки: он не
пил ничего.
Я взял чайный
стакан, налил его до краев, чокнулся с полковниками и с удовольствием
выпил за один дух.
Я
выпил бутылку пива, жадно наливал
стакан за
стаканом. Полковники переглянулись.
Из графинчика вышло немного больше половины
стакана. Я
выпил и закусил сахаром.
Ввалилась вся команда, подали еще ложек, хлеба и связку воблы. Налили
стаканы,
выпили.
— Встать! Почтим память покойного
стаканом шампанского. Он любил
выпить!
И еще раз треснул кулаком так, что Любский вскочил и подсел к нам. Проснулся Любский, когда уже стало совсем светло и мы пресытились шампанским, а Лентовский своим неизменным «Бенедиктином», который
пил не из ликерных рюмочек, а из лафитного
стакана.
— Это я в турецкую кампанию выучился. Спирт
стаканами пили.
Свидригайлов набросился на чай, чтобы согреться, и
выпил стакан, но съесть не мог ни куска, за совершенною потерей аппетита.
— Нервы! — повторит она иногда с улыбкой, сквозь слезы, едва пересиливая страх и выдерживая борьбу неокрепших нерв с пробуждавшимися силами. Она встанет с постели,
выпьет стакан воды, откроет окно, помашет себе в лицо платком и отрезвится от грезы наяву и во сне.
Кто ведает из трепещущих от плети, им грозящей, что тот, во имя коего ему грозят, безгласным в придворной грамматике называется, что ему ни А… ни О… во всю жизнь свою сказать не удалося [См. рукописную «Придворную грамматику» Фонвизина.]; что он одолжен, и сказать стыдно кому, своим возвышением; что в душе своей он скареднейшее есть существо; что обман, вероломство, предательство, блуд, отравление, татьство, грабеж, убивство не больше ему стоят, как
выпить стакан воды; что ланиты его никогда от стыда не краснели, разве от гнева или пощечины; что он друг всякого придворного истопника и раб едва-едва при дворе нечто значащего.
Неточные совпадения
«Я?» — «Да, Татьяны именины // В субботу. Оленька и мать // Велели звать, и нет причины // Тебе на зов не приезжать». — // «Но куча
будет там народу // И всякого такого сброду…» — // «И, никого, уверен я! // Кто
будет там? своя семья. // Поедем, сделай одолженье! // Ну, что ж?» — «Согласен». — «Как ты мил!» // При сих словах он осушил //
Стакан, соседке приношенье, // Потом разговорился вновь // Про Ольгу: такова любовь!
Сначала все к нему езжали; // Но так как с заднего крыльца // Обыкновенно подавали // Ему донского жеребца, // Лишь только вдоль большой дороги // Заслышат их домашни дроги, — // Поступком оскорбясь таким, // Все дружбу прекратили с ним. // «Сосед наш неуч; сумасбродит; // Он фармазон; он
пьет одно //
Стаканом красное вино; // Он дамам к ручке не подходит; // Всё да да нет; не скажет да-с // Иль нет-с». Таков
был общий глас.
Ни в каком случае нельзя
было сказать: «этот
стакан или эта тарелка воняет».
Это заставило его
быть осторожным, и как только Ноздрев как-нибудь заговаривался или наливал зятю, он опрокидывал в ту же минуту свой
стакан в тарелку.
Он то и дело подливал да подливал; чего ж не допивали гости, давал допить Алексаше и Николаше, которые так и хлопали рюмка за рюмкой, а встали из-за стола — как бы ни в чем не бывали, точно
выпили по
стакану воды.