Восторг гостей был неописанный; но Пелагея принесла баснословной величины пирог с визигой… Я, впрочем, полагаю, что мы довольно ознакомились
с характером валтасаровского празднества, которым Медузин праздновал свое тезоименитство; тем более не считаю нужным описывать продолжение его, что могу уверить читателей в том, что праздник продолжался совершенно в том же направлении и на тех же основаниях.
Неточные совпадения
В Москве есть особая varietas [разновидность (лат.).] рода человеческого; мы говорим о тех полубогатых дворянских домах, которых обитатели совершенно сошли со сцены и скромно проживают целыми поколениями по разным переулкам; однообразный порядок и какое-то затаенное озлобление против всего нового составляет главный
характер обитателей этих домов, глубоко стоящих на дворе,
с покривившимися колоннами и нечистыми сенями; они воображают себя представителями нашего национального быта, потому что им «квас нужен, как воздух», потому что они в санях ездят, как в карете, берут за собой двух лакеев и целый год живут на запасах, привозимых из Пензы и Симбирска.
Он обыкновенно говорил протяжно,
с ударением, так, как следует говорить мужу, вершающему окончательно все вопросы; если какой-нибудь дерзновенный перебивал его, он останавливался, ждал минуту-две и потом повторял снова
с нажимом последнее слово, продолжая фразу точно в том духе и
характере, в каком начал.
А может быть, Семен Иванович, — прибавила она
с той насмешливой злобой и даже
с тою неделикатностью, которая всегда присуща людям счастливым, — вам уж кажется, что надобно выдержать
характер, что если вы теперь признаетесь, что были неправы, то осудите всю жизнь свою и должны будете
с тем вместе узнать, что поправить ее нельзя.
Споры
с Круповым, продолжавшиеся года четыре, получили тот же
характер провинциальной стоячести: они в эти годы переговаривали ежедневно одно и то же.
Любовь Александровна смотрела на него
с глубоким участием; в его глазах, на его лице действительно выражалась тягостная печаль; грусть его особенно поражала, потому что она не была в его
характере, как, например, в
характере Круциферского; внимательный человек понимал, что внешнее, что обстоятельства, долго сгнетая эту светлую натуру, насильственно втеснили ей мрачные элементы и что они разъедают ее по несродности.
24 июня. Вечером, поздно. Жизнь! Жизнь! Среди тумана и грусти, середь болезненных предчувствий и настоящей боли вдруг засияет солнце, и так сделается светло, хорошо. Сейчас пошел Вольдемар; долго говорили мы
с ним… Он тоже грустен и много страдает, и как понятно мне каждое слово его! Зачем люди, обстоятельства придают какой-то иной
характер нашей симпатии, портят ее? Зачем они все это делают?
— Не дать ли тебе воды?“ — „Да, — говорил он голосом, задыхающимся от волнения, и
с выражением, совершенно чуждым его
характеру, — если б ты столько принесла воды, чтоб утопиться можно, я бы поблагодарил тебя“.
Он, конечно, был горд этим, но ведь этим мог гордиться и какой-нибудь пожилой, умный и опытный дядя, даже барон, если б он был человек с светлой головой,
с характером.
— Так, так, — перебил Иван, с каким-то вдруг азартом и видимо озлясь, что его перебили, — так, но у другой эта минута лишь вчерашнее впечатление, и только минута, а
с характером Катерины Ивановны эта минута — протянется всю ее жизнь.
Неточные совпадения
С такой неровностью в
характере,
с такими крупными, яркими противуположностями, он должен был неминуемо встретить по службе кучу неприятностей, вследствие которых и вышел в отставку, обвиняя во всем какую-то враждебную партию и не имея великодушия обвинить в чем-либо себя самого.
Счастлив писатель, который мимо
характеров скучных, противных, поражающих и печальною своею действительностью, приближается к
характерам, являющим высокое достоинство человека, который из великого омута ежедневно вращающихся образов избрал одни немногие исключения, который не изменял ни разу возвышенного строя своей лиры, не ниспускался
с вершины своей к бедным, ничтожным своим собратьям, и, не касаясь земли, весь повергался и в свои далеко отторгнутые от нее и возвеличенные образы.
Характера он был больше молчаливого, чем разговорчивого; имел даже благородное побуждение к просвещению, то есть чтению книг, содержанием которых не затруднялся: ему было совершенно все равно, похождение ли влюбленного героя, просто букварь или молитвенник, — он всё читал
с равным вниманием; если бы ему подвернули химию, он и от нее бы не отказался.
Гораздо легче изображать
характеры большого размера: там просто бросай краски со всей руки на полотно, черные палящие глаза, нависшие брови, перерезанный морщиною лоб, перекинутый через плечо черный или алый, как огонь, плащ — и портрет готов; но вот эти все господа, которых много на свете, которые
с вида очень похожи между собою, а между тем как приглядишься, увидишь много самых неуловимых особенностей, — эти господа страшно трудны для портретов.
С нашей стороны, если, точно, падет обвинение за бледность и невзрачность лиц и
характеров, скажем только то, что никогда вначале не видно всего широкого теченья и объема дела.