— Не дать ли тебе воды?“ — „Да, — говорил он голосом, задыхающимся от волнения, и с выражением, совершенно чуждым его характеру, — если б ты столько
принесла воды, чтоб утопиться можно, я бы поблагодарил тебя“.
Неточные совпадения
Судьба улыбнулась камердинеру больше, нежели его патрону; Григорий преспокойно накрыл стол, поставил графин с
водою и бутылку с лафитом, поставил на другой стол графинчик с абсентом и сыр, потом спокойно осмотрел сделанное и, убедившись, что все поставлено на месте, отправился за супом и через минуту
принес — только не суп, а письмо.
Пунш
принесли, Круциферский выпил его, как стакан
воды. Никто не заметил, что он был бледен, как воск, и что посинелые губы у него дрожали, может, потому, что гостям казалось, что весь земной шар дрожит.
— Хочешь,
принесу воды? — спросил Клим и тотчас же понял, что это глупо. Он хотел даже обнять ее, но она откачнулась, вздрагивая, пытаясь сдержать рыдания. И все горячей, озлобленней звучал ее шепот.
Райский и Вера бросились к ней и посадили ее на диван.
Принесли воды, веер, одеколону — и Вера помогала ей оправиться. Крицкая вышла в сад, а Райский остался с Верой. Он быстро и злобно взглянул на нее.
Когда в третий раз царь набрал полную чашу и стал подносить ее к губам, сокол опять разлил ее. Царь рассердился и, со всего размаха ударив сокола об камень, убил его. Тут подъехали царские слуги, и один из них побежал вверх к роднику, чтобы найти побольше воды и скорее набрать полную чашу. Только и слуга не
принес воды; он вернулся с пустой чашкой и сказал: «Ту воду нельзя пить: в роднике змея, и она выпустила свой яд в воду. Хорошо, что сокол разлил воду. Если бы ты выпил этой воды, ты бы умер».
Неточные совпадения
Ухватливый и ловкий детина лет семнадцати, в красивой рубашке розовой ксандрейки,
принес и поставил перед ними графины с
водой и разноцветными квасами всех сортов, шипевшими, как газовые лимонады.
Зато по всякий год, // Обилием и чистотою
вод // И пользу
приношу, и в честь вхожу и в славу.
— Господи! Все утро такие веселые были… Что с ними? — шептала Катя,
принеся со стола тетки спирт и суетясь со стаканом
воды.
— A вот и дождались, сударыня, — подхватил Василий Иванович. — Танюшка, — обратился он к босоногой девочке лет тринадцати, в ярко-красном ситцевом платье, пугливо выглядывавшей из-за двери, —
принеси барыне стакан
воды — на подносе, слышишь?.. а вас, господа, — прибавил он с какою-то старомодною игривостью, — позвольте попросить в кабинет к отставному ветерану.
Подашь ему стакан с
водой или кушанье — «Ах,
вода воняет! ах, кушанье воняет!» Вынесешь, за дверью постоишь да
принесешь опять — «Ну вот, теперь хорошо, ну вот, теперь не воняет».