Неточные совпадения
Как бы человек ни считал себя занимающимся одними фактами, внутренняя необходимость ума увлекает его
в сферу мысли, к
идее, к всеобщему; специалисты выигрывают упорным непослушанием только то, что, вместо правильного пути поднятия, они блуждают
в странной среде, которой дно — факты без связи, а верх — теоретические мечтания без связи.
Мутные индивидуальности, вырабатываясь из естественной непосредственности, туманом поднимаются
в сферу всеобщего и, просветленные солнцем
идеи, разрешаются
в бесконечной лазури всеобщего; но они не уничтожаются
в ней; приняв
в себя всеобщее, они низвергаются благодатным дождем, чистыми кристальными каплями на прежнюю землю.
— Мы действительно неприятели
в сфере идей, и это определяется сразу, само собой. Вот вы говорите: проще — лучше, я тоже так думаю, но я влагаю в эти слова одно содержание, вы — другое…
Неточные совпадения
Ей по плечу современные понятия, пробивающиеся
в общественное сознание; очевидно, она черпнула где-то других
идей, даже знаний, и стала неизмеримо выше круга, где жила. Как ни старалась она таиться, но по временам проговаривалась каким-нибудь, нечаянно брошенным словом, именем авторитета
в той или другой
сфере знания.
Мир
идей у Платона образует самостоятельную софийную фотосферу, одновременно и закрывающую и открывающую то, что за и над этой
сферой — само Божество;
идеи у Платона остаются
в неустроенной и неорганизованной множественности, так что и относительно верховной
идеи блага,
идеи идей, не устранена двусмысленность, есть ли она
Идея в собственном и единственном смысле или же одна из многих
идей, хотя бы и наивысшая (особое место
в этом вопросе занимает, конечно, только «Тимей» с его учением о Демиурге [«Демиург» по-греч. означает «мастер», «ремесленник», «строитель»; у Платона — «Творец», «Бог».
Никто
в те времена не отрекся бы от подобной фразы: «Конкресцирование абстрактных
идей в сфере пластики представляет ту фазу самоищущего духа,
в которой он, определяясь для себя, потенцируется из естественной имманентности
в гармоническую
сферу образного сознания
в красоте».
Наша полицейская власть даже и его желала бы заставить молчать и лишить свободы. Единственный из всех, когда-либо живших у нас писателей, он был отлучен синодом от церкви. И
в редакционных
сферах не раз заходила речь о том, чтобы покарать его за разрушительные
идеи и писания.
Это несомненно! Мы подросли
в уважении к
идее университетской науки, приобрели склонность к чтению, уходили внутренним чувством и воображением
в разные
сферы и чужой и своей жизни, исторической и современной.
В нас поощряли интерес к искусству, хотя бы и
в форме дилетантских склонностей, к рисованию, к музыке. Мы рано полюбили и театр.