Неточные совпадения
Но это еще мало, надобно было самую гору превратить в нижнюю
часть храма, поле до реки обнять колоннадой и на этой базе, построенной с трех сторон самой природой, поставить второй и
третий храмы, представлявшие удивительное единство.
Наконец, дошел черед и до «Письма». Со второй,
третьей страницы меня остановил печально-серьезный тон: от каждого слова веяло долгим страданием, уже охлажденным, но еще озлобленным. Эдак пишут только люди, долго думавшие, много думавшие и много испытавшие; жизнью, а не теорией доходят до такого взгляда… читаю далее, — «Письмо» растет, оно становится мрачным обвинительным актом против России, протестом личности, которая за все вынесенное хочет высказать
часть накопившегося на сердце.
Но там удивились, денег ей не дали, а сказали, что если у Ильи Ильича есть вещи какие-нибудь, золотые или, пожалуй, серебряные, даже мех, так можно заложить и что есть такие благодетели, что
третью часть просимой суммы дадут до тех пор, пока он опять получит из деревни.
Тогда не нужно было денег, и можно было не взять и
третьей части того, что давала мать, можно было отказаться от имения отца и отдать его крестьянам, — теперь же недоставало тех 1500 рублей в месяц, которые давала мать, и с ней бывали уже неприятные разговоры из-за денег.
Неточные совпадения
«Нет, это все не по мне», — сказал Чичиков и оборотился к
третьему шкафу, где были книги всё по
части искусств.
Голос Турки громче и одушевленнее раздался по лесу; гончая взвизгивала, и голос ее слышался
чаще и
чаще; к нему присоединился другой, басистый голос, потом
третий, четвертый…
Толпа, покрикивая, медленно разорвалась на три
части: две отходили по косой вправо и влево от колокольни,
третья двигалась по прямой линии от нее, все три бережно, как нити жемчуга, несли веревки и казались нанизанными на них. Веревки тянулись от ушей большого колокола, а он как будто не отпускал их, натягивая все туже.
Около полудня в конце улицы раздался тревожный свисток, и, как бы повинуясь ему, быстро проскользнул сияющий автомобиль, в нем сидел толстый человек с цилиндром на голове, против него — двое вызолоченных военных,
третий — рядом с шофером.
Часть охранников изобразила прохожих,
часть — зевак, которые интересовались публикой в окнах домов, а Клим Иванович Самгин, глядя из-за косяка окна, подумал, что толстому господину Пуанкаре следовало бы приехать на год раньше — на юбилей Романовых.
Немногие из них могли похвастать зеленою верхушкой или скатом, а у большей
части были одинаково выветрившиеся, серые бока, которые разнообразились у одной — рытвиной, у другой — горбом, у
третьей — отвесным обрывом.