Вино и чай, кабак и трактир — две постоянные страсти русского слуги; для них он крадет, для них он беден, из-за них он выносит гонения, наказания и покидает семью в нищете. Ничего нет легче, как с высоты трезвого опьянения патера Метью осуждать пьянство и, сидя за чайным столом, удивляться, для чего слуги ходят
пить чай в трактир, а не пьют его дома, несмотря на то что дома дешевле.
Пить чай в трактире имеет другое значение для слуг. Дома ему чай не в чай; дома ему все напоминает, что он слуга; дома у него грязная людская, он должен сам поставить самовар; дома у него чашка с отбитой ручкой и всякую минуту барин может позвонить. В трактире он вольный человек, он господин, для него накрыт стол, зажжены лампы, для него несется с подносом половой, чашки блестят, чайник блестит, он приказывает — его слушают, он радуется и весело требует себе паюсной икры или расстегайчик к чаю.
Неточные совпадения
Услышав, что вся компания второй день ничего не
ела, офицер повел всех в разбитую лавку; цветочный
чай и леванский кофе
были выброшены на пол вместе с большим количеством фиников, винных ягод, миндаля; люди наши набили себе ими карманы; в десерте недостатка не
было.
Лет через пятнадцать староста еще
был жив и иногда приезжал в Москву, седой как лунь и плешивый; моя мать угощала его обыкновенно
чаем и поминала с ним зиму 1812 года, как она его боялась и как они, не понимая друг друга, хлопотали о похоронах Павла Ивановича. Старик все еще называл мою мать, как тогда, Юлиза Ивановна — вместо Луиза, и рассказывал, как я вовсе не боялся его бороды и охотно ходил к нему на руки.
— Что это вас нигде не сыщешь, и
чай давно подан, и все в сборе, я уже искала, искала вас, ноги устали, не под лета мне бегать; да и что это на сырой траве лежать?.. вот
будет завтра насморк, непременно
будет.
— Ну, полноте, полноте, — говорил я, смеясь, старушке, — и насморку не
будет, и
чаю я не хочу, а вы мне украдьте сливок получше, с самого верху.
В семь часов приготовляли
чай; тут иногда кто-нибудь приезжал, всего чаще Сенатор; это
было время отдыха для нас.
Долго терпел народ; наконец какой-то тобольский мещанин решился довести до сведения государя о положении дел. Боясь обыкновенного пути, он отправился на Кяхту и оттуда пробрался с караваном
чаев через сибирскую границу. Он нашел случай в Царском Селе подать Александру свою просьбу, умоляя его прочесть ее. Александр
был удивлен, поражен страшными вещами, прочтенными им. Он позвал мещанина и, долго говоря с ним, убедился в печальной истине его доноса. Огорченный и несколько смущенный, он сказал ему...
Где вы? Что с вами, подснежные друзья мои? Двадцать лет мы не видались.
Чай, состарились и вы, как я, дочерей выдаете замуж, не
пьете больше бутылками шампанское и стаканчиком на ножке наливку. Кто из вас разбогател, кто разорился, кто в чинах, кто в параличе? А главное, жива ли у вас память об наших смелых беседах, живы ли те струны, которые так сильно сотрясались любовью и негодованием?
Я остался тот же, вы это знаете;
чай, долетают до вас вести с берегов Темзы. Иногда вспоминаю вас, всегда с любовью; у меня
есть несколько писем того времени, некоторые из них мне ужасно дороги, и я люблю их перечитывать.
Мы покраснели до ушей, не смели взглянуть друг на друга и спросили
чаю, чтоб скрыть смущение. На другой день часу в шестом мы приехали во Владимир. Время терять
было нечего; я бросился, оставив у одного старого семейного чиновника невесту, узнать, все ли готово. Но кому же
было готовить во Владимире?
Я рассказал ему дело, он мне налил чашку
чая и настоятельно требовал, чтоб я прибавил рому; потом он вынул огромные серебряные очки, прочитал свидетельство, повернул его, посмотрел с той стороны, где ничего не
было написано, сложил и, отдавая священнику, сказал: «В наисовершеннейшем порядке».
— Ведь это,
чай, у вас там, где вы
были, в этой в Вологде, писаря думают: «Граф Орлов — случайный человек, в силе»…
Наконец подымался он с постели, умывался, надевал халат и выходил в гостиную затем, чтобы
пить чай, кофий, какао и даже парное молоко, всего прихлебывая понемногу, накрошивая хлеба безжалостно и насоривая повсюду трубочной золы бессовестно.
Неточные совпадения
Богат, хорош собою, Ленский // Везде
был принят как жених; // Таков обычай деревенский; // Все дочек прочили своих // За полурусского соседа; // Взойдет ли он, тотчас беседа // Заводит слово стороной // О скуке жизни холостой; // Зовут соседа к самовару, // А Дуня разливает
чай, // Ей шепчут: «Дуня, примечай!» // Потом приносят и гитару; // И запищит она (Бог мой!): // Приди в чертог ко мне златой!..
Тут
был на эпиграммы падкий, // На всё сердитый господин: // На
чай хозяйский слишком сладкий, // На плоскость дам, на тон мужчин, // На толки про роман туманный, // На вензель, двум сестрицам данный, // На ложь журналов, на войну, // На снег и на свою жену. //……………………………………
Но муж любил ее сердечно, // В ее затеи не входил, // Во всем ей веровал беспечно, // А сам в халате
ел и
пил; // Покойно жизнь его катилась; // Под вечер иногда сходилась // Соседей добрая семья, // Нецеремонные друзья, // И потужить, и позлословить, // И посмеяться кой о чем. // Проходит время; между тем // Прикажут Ольге
чай готовить, // Там ужин, там и спать пора, // И гости едут со двора.
— Вот какая просьба: у тебя
есть,
чай, много умерших крестьян, которые еще не вычеркнуты из ревизии?
Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо
было жить с другом на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня на здании.] что можно оттуда видеть даже Москву и там
пить вечером
чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.