Неточные совпадения
После обыкновенных фраз, отрывистых слов и лаконических отметок, которым лет тридцать пять приписывали глубокий смысл, пока не догадались, что смысл их очень часто был пошл, Наполеон разбранил Ростопчина за пожар, говорил, что это вандализм, уверял,
как всегда, в своей непреодолимой любви к миру, толковал, что его
война в Англии, а не в России, хвастался тем, что поставил караул к Воспитательному дому и к Успенскому собору, жаловался
на Александра, говорил, что он дурно окружен, что мирные расположения его не известны императору.
Пожар достиг в эти дня страшных размеров: накалившийся воздух, непрозрачный от дыма, становился невыносимым от жара. Наполеон был одет и ходил по комнате, озабоченный, сердитый, он начинал чувствовать, что опаленные лавры его скоро замерзнут и что тут не отделаешься такою шуткою,
как в Египте. План
войны был нелеп, это знали все, кроме Наполеона: Ней и Нарбон, Бертье и простые офицеры;
на все возражения он отвечал кабалистическим словом; «Москва»; в Москве догадался и он.
Проповедь Филарета
на молебствии по случаю холеры превзошла все остальные; он взял текстом,
как ангел предложил в наказание Давиду избрать
войну, голод или чуму; Давид избрал чуму.
Массы сельского населения, после религиозных
войн и крестьянских восстаний, не принимали никакого действительного участия в событиях; они ими увлекались направо или налево,
как нивы, — не оставляя ни
на минуту своей почвы.
— А мне все равно, — повторял Голиковский, чувствовавший, что ему ничего не остается, как только бежать с заводов. — Один в поле не воин… А Самосадку я все-таки укомплектую:
на войне как на войне. Мы сами виноваты, что распустили население.
Неточные совпадения
Глядишь — и площадь запестрела. // Всё оживилось; здесь и там // Бегут за делом и без дела, // Однако больше по делам. // Дитя расчета и отваги, // Идет купец взглянуть
на флаги, // Проведать, шлют ли небеса // Ему знакомы паруса. //
Какие новые товары // Вступили нынче в карантин? // Пришли ли бочки жданных вин? // И что чума? и где пожары? // И нет ли голода,
войны // Или подобной новизны?
И вот, вынувши из кармана табакерку, ты потчеваешь дружелюбно каких-то двух инвалидов, набивающих
на тебя колодки, и расспрашиваешь их, давно ли они в отставке и в
какой войне бывали.
Говорят вон, в Севастополе, сейчас после Альмы, [После поражения русской армии в сражении
на реке Альме 8 сентября 1854 г. во время Крымской
войны (1853–1856).] умные-то люди уж
как боялись, что вот-вот атакует неприятель открытою силой и сразу возьмет Севастополь; а
как увидели, что неприятель правильную осаду предпочел и первую параллель открывает, так куды, говорят, обрадовались и успокоились умные-то люди-с: по крайности
на два месяца, значит, дело затянулось, потому когда-то правильной-то осадой возьмут!
В чести был он от всех козаков; два раза уже был избираем кошевым и
на войнах тоже был сильно добрый козак, но уже давно состарился и не бывал ни в
каких походах; не любил тоже и советов давать никому, а любил старый вояка лежать
на боку у козацких кругов, слушая рассказы про всякие бывалые случаи и козацкие походы.
—
Как не можно?
Как же ты говоришь: не имеем права? Вот у меня два сына, оба молодые люди. Еще ни разу ни тот, ни другой не был
на войне, а ты говоришь — не имеем права; а ты говоришь — не нужно идти запорожцам.