Неточные совпадения
На этом предмете нельзя не остановиться. Я, впрочем, вовсе не
бегу от отступлений и эпизодов, — так идет всякий разговор, так идет самая
жизнь.
А потом, первые дни начинающейся новой
жизни, в которых дорога каждая минута, в которые следовало бы
бежать куда-нибудь вдаль, в уединение, проводятся за бесконечными обедами, за утомительными балами, в толпе, точно на смех.
Я пожал руку жене — на лице у нее были пятны, рука горела. Что за спех, в десять часов вечера, заговор открыт,
побег, драгоценная
жизнь Николая Павловича в опасности? «Действительно, — подумал я, — я виноват перед будочником, чему было дивиться, что при этом правительстве какой-нибудь из его агентов прирезал двух-трех прохожих; будочники второй и третьей степени разве лучше своего товарища на Синем мосту? А сам-то будочник будочников?»
Не касаясь еще здесь до внутренней
жизни, которую заволакивали больше и больше темные тучи, довольно было общих происшествий и газетных новостей, чтоб
бежать куда-нибудь в степь.
Неточные совпадения
Что было следствием свиданья? // Увы, не трудно угадать! // Любви безумные страданья // Не перестали волновать // Младой души, печали жадной; // Нет, пуще страстью безотрадной // Татьяна бедная горит; // Ее постели сон
бежит; // Здоровье,
жизни цвет и сладость, // Улыбка, девственный покой, // Пропало всё, что звук пустой, // И меркнет милой Тани младость: // Так одевает бури тень // Едва рождающийся день.
В
бегах гадко и трудно, а вам прежде всего надо
жизни и положения определенного, воздуху соответственного, ну а ваш ли там воздух?
Разница та, что вместо насильной воли, соединившей их в школе, они сами собою кинули отцов и матерей и
бежали из родительских домов; что здесь были те, у которых уже моталась около шеи веревка и которые вместо бледной смерти увидели
жизнь — и
жизнь во всем разгуле; что здесь были те, которые, по благородному обычаю, не могли удержать в кармане своем копейки; что здесь были те, которые дотоле червонец считали богатством, у которых, по милости арендаторов-жидов, карманы можно было выворотить без всякого опасения что-нибудь выронить.
И он не мог понять Ольгу, и
бежал опять на другой день к ней, и уже осторожно, с боязнью читал ее лицо, затрудняясь часто и побеждая только с помощью всего своего ума и знания
жизни вопросы, сомнения, требования — все, что всплывало в чертах Ольги.
«Зачем… я любила?» — в тоске мучилась она и вспоминала утро в парке, когда Обломов хотел
бежать, а она думала тогда, что книга ее
жизни закроется навсегда, если он
бежит. Она так смело и легко решала вопрос любви,
жизни, так все казалось ей ясно — и все запуталось в неразрешимый узел.