Неточные совпадения
Стоило, конечно, спросить прислугу, но, во-первых, подобные справки унижали
его в собственных глазах, и во-вторых, и это было главное, граф был так пьян, что не мог дать себе положительного отчета, в котором часу
он покинул свою жену, сколько
времени провел в соседнем кабинете, и, наконец, когда обнаружил исчезновение графини.
Это случилось, когда
он был на предпоследнем курсе академии,
во время рождественских каникул.
Однако
он опомнился и отправился в лабораторию, но в этот день работа у
него не клеилась и
он во избежание порчи работы ушел из лаборатории раньше назначенного
им самим себе
времени.
Припоминая
их отношения в селе,
во время пребывания ее гостьей в
его убогой избушке, затем в Киеве,
он не мог не заметить, что в обращении ее с
ним, особенно за последнее
время, было более теплоты и сердечности, нежели к человеку, к которому чувствуют лишь благодарность за исцеление дочери.
Купчик закутил, а отставной актер стал
его неизменным спутником. Пресытившись всеми наслаждениями, которые могли дать злачные места приневской столицы, наш саврасик пожелал сделать заграничный вояж, а
во время своего отсутствия из России поручил присматривать за домом Геннадию Васильевичу, поселив
его во флигеле.
Во время путешествия
его, видимо, поглощала мысль об опасности, угрожающей
его матери, и о том, что этой беды
он не будет в состоянии предотвратить.
Ему показалось, что
он уже слишком долго был тут — ничто так не способствует обману
во времени, как волнение.
Не раздеваясь, как была в траурном платье и в шляпе с длинной креповой вуалью, она вдруг опустилась на колени перед креслом, на котором сидел
во время своего первого и последнего визита доктор Караулов и которое она оберегала с тех пор, как святыню, опустила на
него голову и неудержимо горько зарыдала.
Встреча с Фанни в квартире Свирского —
он не знал о
его судьбе, так как
во время тяжелой болезни Конкордии Васильевны
ему было не до газет — восставала в
его памяти.
Прекрасный образ Дуни, когда та откланялась ей с таким вниманием и уважением
во время их первого свидания у Раскольникова, с тех пор навеки остался в душе ее как одно из самых прекрасных и недосягаемых видений в ее жизни.
— Я, однако, не понимаю, — отвечал князь, — отчего эти всегдашние жалобы на расстройство обстоятельств? У него очень хорошее состояние, а Наташину Хабаровку, в которой мы с вами
во время оно игрывали на театре, я знаю как свои пять пальцев, — чудесное именье! и всегда должно приносить прекрасный доход.
Во время его губернаторства тетка Анны, богатая губернская барыня, свела хотя немолодого уже человека, но молодого губернатора со своею племянницей и поставила его в такое положение, что он должен был или высказаться или уехать из города.
Меня обносили за столом, холодно и надменно встречали, наконец не замечали вовсе; мне не давали даже вмешиваться в общий разговор, и я сам, бывало, нарочно поддакивал из-за угла какому-нибудь глупейшему говоруну, который
во время оно, в Москве, с восхищением облобызал бы прах ног моих, край моей шинели…
Неточные совпадения
Но муж любил ее сердечно, // В ее затеи не входил, //
Во всем ей веровал беспечно, // А сам в халате ел и пил; // Покойно жизнь
его катилась; // Под вечер иногда сходилась // Соседей добрая семья, // Нецеремонные друзья, // И потужить, и позлословить, // И посмеяться кой о чем. // Проходит
время; между тем // Прикажут Ольге чай готовить, // Там ужин, там и спать пора, // И гости едут со двора.
Какие-то бродяги пропустили между
ними слухи, что наступает такое
время, что мужики должны <быть> помещики и нарядиться
во фраки, а помещики нарядятся в армяки и будут мужики, — и целая волость, не размысля того, что слишком много выйдет тогда помещиков и капитан-исправников, отказалась платить всякую подать.
— Вот
он вас проведет в присутствие! — сказал Иван Антонович, кивнув головою, и один из священнодействующих, тут же находившихся, приносивший с таким усердием жертвы Фемиде, что оба рукава лопнули на локтях и давно лезла оттуда подкладка, за что и получил в свое
время коллежского регистратора, прислужился нашим приятелям, как некогда Виргилий прислужился Данту, [Древнеримский поэт Вергилий (70–19 гг. до н. э.) в поэме Данте Алигьери (1265–1321) «Божественная комедия» через Ад и Чистилище провожает автора до Рая.] и провел
их в комнату присутствия, где стояли одни только широкие кресла и в
них перед столом, за зерцалом [Зерцало — трехгранная пирамида с указами Петра I, стоявшая на столе
во всех присутственных местах.] и двумя толстыми книгами, сидел один, как солнце, председатель.
Читателю, я думаю, приятно будет узнать, что
он всякие два дни переменял на себе белье, а летом
во время жаров даже и всякий день: всякий сколько-нибудь неприятный запах уже оскорблял
его.
Во все
время пребывания в училище был
он на отличном счету и при выпуске получил полное удостоение
во всех науках, аттестат и книгу с золотыми буквами за примерное прилежание и благонадежное поведение.