Неточные совпадения
О допросе дочери Петра Иннокентьевича Марьи Петровны, уехавшей почти одновременно с открытием
убийства совершенно неожиданно в Томске, нечего было и думать без того, чтобы не навлечь, как полагал Хмелевский, на свою голову
страшный гнев всемогущего богача — ее отца.
В этом же поселке жила одна поселянка Вера Андреевна Смельская — еще далеко не старая, но болезненная девушка, она была сослана за
убийство своего незаконного ребенка и всю свою жизнь мучилась
страшным раскаянием.
С той минуты, как Пьер увидал это
страшное убийство, совершенное людьми, не хотевшими этого делать, в душе его как будто вдруг выдернута была та пружина, на которой всё держалось и представлялось живым, и всё завалилось в кучу бессмысленного сора.
«С той минуты, как Пьер увидел это
страшное убийство, совершенное людьми, не хотевшими этого делать, в душе его как будто вдруг выдернута была пружина, на которой все держалось и представлялось живым, и все завалилось в кучу бессмысленного сора.
Неточные совпадения
После первого, страстного и мучительного сочувствия к несчастному опять
страшная идея
убийства поразила ее. В переменившемся тоне его слов ей вдруг послышался убийца. Она с изумлением глядела на него. Ей ничего еще не было известно, ни зачем, ни как, ни для чего это было. Теперь все эти вопросы разом вспыхнули в ее сознании. И опять она не поверила: «Он, он убийца! Да разве это возможно?»
Тишина и невозмутимое спокойствие царствуют и в нравах людей в том краю. Ни грабежей, ни
убийств, никаких
страшных случайностей не бывало там; ни сильные страсти, ни отважные предприятия не волновали их.
Около полугода со времени женитьбы этот
страшный кошмар наяву, казалось, совершенно оставил его — он забыл о прошлом в чаду страсти обладания красавицей-женой, но как только эта страсть стала проходить, уменьшаться, в душе снова проснулись томительные воспоминания, и снова картина
убийства в лесу под Вильной рельефно восставала в памяти мнимого Зыбина, и угрызения скрытой на глубине его черной души совести, казалось, по временам всплывшей наружу, не давали ему покоя.
Это было так неожиданно, так глупо, что я расхохотался. И тотчас же туго закрученная пружина во мне — лопнула, рука ослабела, шток громыхнул на пол. Тут я на собственном опыте увидел, что смех — самое
страшное оружие: смехом можно убить все — даже
убийство.
Страшны не грабежи, не
убийства, не казни. Что такое грабежи? Это переходы имущества от одних людей к другим. Это всегда было и будет, и в этом нет ничего
страшного. Что такое казни,
убийства? Это переходы людей от жизни к смерти. Переходы эти всегда были, есть и будут, и в них тоже нет ничего
страшного. Страшны не грабежи и
убийства, а страшны чувства тех людей, которые ненавидят друг друга, страшна ненависть людей.