Неточные совпадения
Движением она выразила желание встать. Он сейчас же помог, и она, опершись
на его
руку, встала, но ноги у нее
все еще подкашивались.
Она сделала несколько шагов, сначала несмело, потом более уверенно, опираясь
все еще слегка дрожавшей
рукой на его
руку.
Весь наружный фасад был, кроме того, украшен статуями и барельефами, вышедшими из
рук заезжих иностранных художников прошедших времен, забывших подписать свои имена
на оставленных бессмертных произведениях.
Он несколько секунд смотрел ей вслед. Две крупные слезы выступили
на его глазах… Он махнул
рукой и уехал. Елен, вернувшись с прогулки, застала
всех в странном расположении духа: Владимир сидел запершись в кабинете, Анжелика с бледным, застывшим лицом была похожа
на статую; Лора лежала в постели и не хотела ни с кем говорить, а графиня ходила по комнате скорыми шагами.
— Нет, не виновна! — звучным голосом прочел старшина присяжных заседателей ответ
на предложенный судом вопрос и бросил полный состраданья взгляд
на стоявшую за решеткой у скамьи подсудимых, с опущенной низко головой, с грудным ребенком
на руках, между двух солдат с ружьями у ноги арестантку. Почти
все одиннадцать товарищей последовали его примеру.
Он надел ей
на обнаженные
руки два браслета превосходной работы,
на одном, тонком, блестел громадный рубин, другой, более широкий, был
весь усыпан бриллиантами.
Она вспоминала, что чуть было она сама, она — Анжелика Сигизмундовна Вацлавская, с так недавно разбитым сердцем, с
руками,
на которых еще не успела обсохнуть кровь убитого ею любимого человека, не увлеклась ухаживаниями князя, не бросилась в его объятия с безумной бесповоротной решимостью посвятить ему одному
всю свою жизнь, умереть у его ног, когда угаснет любовь в его ветреном сердце, забыв и свою цель, и свою, тогда еще малютку, дочь.
— Да ты смотри, — остановил его Облонский, — не вздумай мне там при них бухнуть «ваше сиятельство», помни — я
на все это время твой знакомый и даже подам тебе
руку.
На шее горело
всеми огнями радуги великолепное ожерелье из бриллиантов чистейшей воды.
На руках были дорогие браслеты, надетые поверх светлых перчаток, затягивавших крошечные ручки до самого локтя и обнаруживавших поразительную белизну остальной части
руки. Это чудное, идеальное, дышащее неподдельной чистотой существо составляло резкий контраст с нескромными выражениями чересчур смелых взглядов более или менее усталых, с искусно ремонтированными лицами других присутствующих женщин.
Как всегда, она была одета
вся в черном, что еще более выделяло матовую белизну ее тела,
на не прикрытых бальным платьем шее и
руках пробегала дрожь от сдерживаемого с трудом волнения.
Все было напрасно: она сидела как окаменелая, и когда он выпустил из своих
рук ее
руки, они безжизненно упали снова
на ее колени.
Нервной, но
все же искусной
рукой принялась Анжель расстегивать корсаж своей дочери, дрожавшей, несмотря
на желание казаться бодрой.
— Для того, чтобы быть матерью, я должна была скрываться, скрывать твое существование, скрывать, что я мать тебе. Другая мать, встретившая дочь под
руку с таким человеком, с бриллиантами
на шее и оскорблением
на лбу, вызвала бы сочувствие и негодование целого света.
Все — мужчины и женщины — плакали бы вместе с ней,
все поняли бы ее горе…
Неточные совпадения
Городничий (бьет себя по лбу).Как я — нет, как я, старый дурак? Выжил, глупый баран, из ума!.. Тридцать лет живу
на службе; ни один купец, ни подрядчик не мог провести; мошенников над мошенниками обманывал, пройдох и плутов таких, что
весь свет готовы обворовать, поддевал
на уду. Трех губернаторов обманул!.. Что губернаторов! (махнул
рукой)нечего и говорить про губернаторов…
Бобчинский (перебивая).Марья Антоновна, имею честь поздравить! Дай бог вам всякого богатства, червонцев и сынка-с этакого маленького, вон энтакого-с (показывает
рукою), чтоб можно было
на ладонку посадить, да-с!
Все будет мальчишка кричать: уа! уа! уа!
— А потому терпели мы, // Что мы — богатыри. // В том богатырство русское. // Ты думаешь, Матренушка, // Мужик — не богатырь? // И жизнь его не ратная, // И смерть ему не писана // В бою — а богатырь! // Цепями
руки кручены, // Железом ноги кованы, // Спина… леса дремучие // Прошли по ней — сломалися. // А грудь? Илья-пророк // По ней гремит — катается //
На колеснице огненной… //
Все терпит богатырь!
«Эх, Влас Ильич! где враки-то? — // Сказал бурмистр с досадою. — // Не в их
руках мы, что ль?.. // Придет пора последняя: // Заедем
все в ухаб, // Не выедем никак, // В кромешный ад провалимся, // Так ждет и там крестьянина // Работа
на господ!»
Г-жа Простакова. Полно, братец, о свиньях — то начинать. Поговорим-ка лучше о нашем горе. (К Правдину.) Вот, батюшка! Бог велел нам взять
на свои
руки девицу. Она изволит получать грамотки от дядюшек. К ней с того света дядюшки пишут. Сделай милость, мой батюшка, потрудись, прочти
всем нам вслух.