Неточные совпадения
Ирена несколько времени не двигалась с места, поняв, что с этой минуты между ними есть
тайна, что он указал ей способ и возможность свидания. Она не обратила внимания на то, что он не пригласил ее посетить ее подругу — свою дочь; зато она была уверена, что ее сон осуществляется, так как князь Облонский был, казалось ей, именно тот, кого она видела в том сне и кого ее мать, по всей вероятности, назначила ей в супруги, не желая ей его назвать. Что
касается князя, то он, удаляясь, говорил...
— Я не выпытываю у тебя твоих любовных
тайн — они меня не
касаются. Только кроме любви тут есть еще кое-что… какие-нибудь препятствия, неудачи… Оттого-то происходят: грусть, нервное состояние, дурное расположение духа, подозрительность… Значит, необходимо развлечение, чтобы восстановить равновесие, разогнать тоску, близкую к меланхолии, служащей зачастую началом сумасшествия…
Неточные совпадения
— Послушайте, Вера Васильевна, не оставляйте меня в потемках. Если вы нашли нужным доверить мне
тайну… — он на этом слове с страшным усилием перемог себя, — которая
касалась вас одной, то объясните всю историю…
Но, несмотря на этот смех, таинственная фигура Веры манила его все в глубину фантастической дали. Вера шла будто от него в тумане покрывала; он стремился за ней,
касался покрывала, хотел открыть ее
тайны и узнать, что за Изида перед ним.
Потому что все заключено в мысли, а мысль Святого, да будет благословен, скрыта,
тайна и слишком возвышенна, чтобы могло его достигнуть и
коснуться понимание человека.
Что
касается внутреннего Мысли, то нет никого, кто мог бы понять, что это такое; с тем большим основанием невозможно понять Бесконечное (Ayn-Soph), которое неосязаемо; всякий вопрос и всякое размышление остались бы тщетны, чтобы охватить сущность высшей Мысли, центра всего,
тайны всех
тайн, без начала и без конца, бесконечное, от которого видят только малую искру света, такую, как острие иглы, и еще эта частица видна лишь благодаря материальной форме, которую она приняла» (Zohar, I, 21 a, de Pauly, I, 129).
Блудов ввел полицейского в
тайны крестьянского промысла и богатства, в семейную жизнь, в мирские дела и через это
коснулся последнего убежища народной жизни.