Неточные совпадения
— Любовь же к этой женщине — яд, и яд самый смертельный. Любить эту женщину и быть ею любимым — это отрава, принимаемая
в малой
дозе.
В этом случае можно отделаться легким одурением, несколькими непродолжительными припадками сумасшествия, но зато сколько разочарования
в себе и
в других! Любить же ее без взаимности — это разорение, позор и… смерть!
Что же касается Виктора Аркадьевича, то, видя себя предметом внимания и всеобщего уважения, будучи с особенной любезностью принимаем
в богатых и почтенных семействах, где были взрослые дочери, на руку которых он был, видимо, желательным претендентом, он поневоле стал страдать некоторою
дозою самомнения и часто говорил себе, что князь Облонский не мог считать его недостойным дать свое имя его дочери.
Неточные совпадения
— Да, он глуп, но —
в меру возраста. Всякому возрасту соответствует определенная
доза глупости и ума. То, что называется сложностью
в химии, — вполне законно, а то, что принимается за сложность
в характере человека, часто бывает только его выдумкой, его игрой. Например — женщины…
—
В известной
дозе кислоты так же необходимы организму, как и соль. Чаадаевское настроение я предпочитаю слащавой премудрости некоторых литературных пономарей.
Наши левые и революционные направления не так уже глубоко отличаются
в своем отношении к государству от направлений правых и славянофильских, —
в них есть значительная
доза славянофильского и аскетического духа.
Днем мне недомогалось: сильно болел живот. Китаец-проводник предложил мне лекарство, состоящее из смеси женьшеня, опиума, оленьих пантов и навара из медвежьих костей. Полагая, что от опиума боли утихнут, я согласился выпить несколько капель этого варева, но китаец стал убеждать меня выпить целую ложку. Он говорил, что
в смеси находится немного опиума, больше же других снадобий. Быть может,
дозу он мерил по себе; сам он привык к опиуму, а для меня и малая
доза была уже очень большой.
Так продолжалось изо дня
в день, и доктор никому не мог открыть своей тайны, потому что это равнялось смерти. Муки достигали высшей степени, когда он слышал приближавшиеся шаги Прасковьи Ивановны. О, он так же притворялся спящим, как это делал Бубнов, так же затаивал от страха дыхание и немного успокаивался только тогда, когда шаги удалялись и он подкрадывался к заветному шкафику с мадерой и глотал новую
дозу отравы с жадностью отчаянного пьяницы.