Неточные совпадения
— Владыко святый! — начал тысяцкий Есипов. — Ты сам видишь, что всю судную власть забирает себе наместник великокняжеский. Когда это бывало? Когда новгородцы так низко клонили свои шеи, как теперь перед правителем московским? Когда язык наш осквернялся доносами ложными, кто из нас был продавцом своего отечества? Упадыш? Казнь Божия совершилась над ним! Так да
погибнут новые предатели — Назарий и Захарам. Мы выставляли
князю московскому его оскорбителей, выставь и он нам наших!
— Клянусь острием этой сабли, клянусь кровью и прахом сыновей моих, я изнурю себя, лишусь своего имущества, но уязвлю гордыню московского
князя под стенами Новгорода, или пусть
погибну под ножами его клевретов, — торжественно произнесла Марфа, размахивая саблей, и глаза ее блистали как сталь, которую она держала в руке.
Неточные совпадения
У Софии в Полоцке, бывало, // Позвонят к заутрене, а он // В Киеве, едва заря настала, // Колокольный слышит перезвон. // И хотя в его могучем теле // Обитала вещая душа, // Всё ж страданья
князя одолели, // И
погиб он, местию дыша. // Так свершил он путь свой небывалый. // И сказал Боян ему тогда: // «
Князь Всеслав! Ни мудрый, ни удалый // Не минуют божьего суда».
В Петербурге,
погибая от бедности, он сделал последний опыт защитить свою честь. Он вовсе не удался. Витберг просил об этом
князя А. Н. Голицына, но
князь не считал возможным поднимать снова дело и советовал Витбергу написать пожалобнее письмо к наследнику с просьбой о денежном вспомоществовании. Он обещался с Жуковским похлопотать и сулил рублей тысячу серебром. Витберг отказался.
— Я не знаю, в каком смысле вы сказали про масонство, — ответил он, — впрочем, если даже русский
князь отрекается от такой идеи, то, разумеется, еще не наступило ей время. Идея чести и просвещения, как завет всякого, кто хочет присоединиться к сословию, незамкнутому и обновляемому беспрерывно, — конечно утопия, но почему же невозможная? Если живет эта мысль хотя лишь в немногих головах, то она еще не
погибла, а светит, как огненная точка в глубокой тьме.
— И неужели же вы могли подумать, — гордо и заносчиво вскинул он вдруг на меня глаза, — что я, я способен ехать теперь, после такого сообщения, к
князю Николаю Ивановичу и у него просить денег! У него, жениха той невесты, которая мне только что отказала, — какое нищенство, какое лакейство! Нет, теперь все
погибло, и если помощь этого старика была моей последней надеждой, то пусть гибнет и эта надежда!
Без вас он
погибнет, с ним случится нервный удар; я боюсь, что он не вынесет еще до ночи…» Она прибавила, что самой ей непременно надо будет отлучиться, «может быть, даже на два часа, и что
князя, стало быть, она оставляет на одного меня».