Он должен был убедиться, что не может, при мягкости своего характера и при обычной древним
московским государям отчужденности от народа, разрешить великие вопросы, которые задавала ему народная жизнь.
Утвердивши же власть над Тобольской ордою, переманив к себе многих степных киргизов и женив своего сына Алея на дочери ногайского князя Тип-Акмета, он почувствовал себя самостоятельным и перестал исполнять обязанности московского данника, сносился тайно со свирепыми черемисами, возбуждая их к бунту против
московского государя и под угрозой смертной казни запрещал остякам и вогуличам платить древнюю дань России.
— Скажи вернее — врач при дворе
московского государя! Знай, воспитанник брата моего такой же благородной крови, как и ты, и имеет равные с тобою права на уважение.
Умножив число данников, расширив владения в дальней земле Югорской до реки Сосьвы и включив в их пределы страну Кондинскую, до тех пор мало известную, хотя уже давно именуемую в титуле
московских государей, Ермак Тимофеевич возвратился в сибирскую столицу.
Неточные совпадения
Следственная комиссия, составленная генерал-губернатором, не понравилась
государю; он назначил новую под председательством князя Сергея Михайловича Голицына. В этой комиссии членами были:
московский комендант Стааль, другой князь Голицын, жандармский полковник Шубинский и прежний аудитор Оранский.
— Мы,
государь мой, не Москве, а Господу Богу работаем, — с важностью сказала Манефа. — Не человеческой хвалы, спасения душ наших взыскуем. Не остуды
московских тузов страшимся, а вечного от Господа осуждения… Вот что скажи на Москве, Василий Борисыч!
Утром, после переклички, фельдфебель Рукин читает приказ: «По велению
государя императора встречающие его части
Московского гарнизона должны быть выведены без оружия. По распоряжению коменданта г. Москвы войска выстроятся шпалерами в две шеренги от Курского вокзала до Кремля. Александровское военное училище займет свое место в Кремле от Золотой решетки до Красного крыльца. По распоряжению начальника училища батальон выйдет из помещения в 11 час.».
Егор Егорыч, прочитав это известие, проникся таким чувством благодарности, что, не откладывая ни минуты и захватив с собою Сверстова, поехал с ним в Казанский собор отслужить благодарственный молебен за
государя, за
московского генерал-губернатора, за Сергея Степаныча, и сам при этом рыдал на всю церковь, до того нервы старика были уже разбиты.
Он был в запечатанном конверте, с собственноручною подписью
государя: «Хранить в Успенском соборе с государственными актами до востребования моего, а в случае моей кончины открыть
московскому епархиальному архиерею и
московскому генерал-губернатору в Успенском соборе прежде всякого другого действия».