— Уж и возьму я с вас магарыч, ваше сиятельство, такой магарыч, что не поздоровится
вашей милости! — проговорил вслух горбун, подолом рубахи вытирая мокрый от пота лоб.
Неточные совпадения
— Поздравляю,
ваше превосходительство, с монаршей
милостью! Да! При
вашем чине нужно иметь и соответственное состояние! Жалую вам триста душ. Довольны ли вы,
ваше превосходительство?
— Так я вот объясню! Слушайте все. Я, разбирая старинные послужные списки, нашел, что вы при императрице Екатерине, были обойдены по службе. Так я хотел доказать, что при мне и старая служба награждается… Прощайте,
ваше превосходительство! Грамоты на пожалованные вам
милости будут к вам присланы на место
вашего жительства… Вы хотите возвратиться в Москву?
—
Вашего племянника,
ваше превосходительство, Оленина, сегодня тоже можно поздравить с монаршею
милостью…
— Сгустят,
ваше превосходительство, сгустят монаршею
милостью…
— И за что такие высокие
милости,
ваше сиятельство…
— Какие тут
милости… По достоинству… Украшением, повторяю, будет придворных празднеств
ваша дочь, сударыня…
— Да перво-наперво с монаршею
милостью, оказанною вам лично, а затем с той же
милостью и
вашему семейству.
— Слышу!.. Да не об этом речь мы с вами вели,
ваше превосходительство. О монаршей
милости семейству
вашему… Как это случилось?
— Я не имею сил, ни слов,
ваше величество, благодарить вас за оказанные мне
вашим величеством незаслуженные
милости…
— Справедливость лучшее украшение царей,
ваше величество, она неразрывно связана с
милостью…
Ваше величество указали мне владеть всеми капиталами и именьями моего покойного мужа.
— Позвольте же мне,
ваше величество, иметь смелость отказаться от этой
милости.
— Дозвольте,
ваше величество удалиться в монастырь… и избавьте меня от состояния покойного… Сделайте для меня эту последнюю
милость… Моего ребенка — Ирена Станиславовна потупилась, — я тоже посвящу Богу.
— Нет, тысячу раз нет… До сих пор я оказывал вам, как вы утверждаете,
милость исполнением
ваших просьб, теперь я окажу ее вам неисполнением… И это будет опять справедливо, потому что
ваше настоящее желание нелепо и противоестественно… Как
ваш государь, я запрещаю вам думать о монастыре и об отказе от состояния, которое
ваше по праву, которое вы заслужили перенесенными страданиями… Слышите, я приказываю это вам, как император… Подумайте о
вашем ребенке…
— Смеются над
милостями, оказанными
вашим величеством нашему ордену… — отвечал аббат.
— Говорю, Павел Иванович, что в коляске-де
вашей милости хорошо-с ехать, получше-с, как в бричке — не трясет.
— Ну, я перво-наперво притаился: солдат и ушел с письмом-то. Да верхлёвский дьячок видал меня, он и сказал. Пришел вдругорядь. Как пришли вдругорядь-то, ругаться стали и отдали письмо, еще пятак взяли. Я спросил, что, мол, делать мне с ним, куда его деть? Так вот велели
вашей милости отдать.
Бурмистр потупил голову, // — Как приказать изволите! // Два-три денька хорошие, // И сено
вашей милости // Все уберем, Бог даст! // Не правда ли, ребятушки?.. — // (Бурмистр воротит к барщине // Широкое лицо.) // За барщину ответила // Проворная Орефьевна, // Бурмистрова кума: // — Вестимо так, Клим Яковлич. // Покуда вёдро держится, // Убрать бы сено барское, // А наше — подождет!
Городничий. Ах, боже мой! Я, ей-ей, не виноват ни душою, ни телом. Не извольте гневаться! Извольте поступать так, как
вашей милости угодно! У меня, право, в голове теперь… я и сам не знаю, что делается. Такой дурак теперь сделался, каким еще никогда не бывал.
— Помилуйте, батюшка, как можно! — залепетал Тимофеич (он вспомнил строгий наказ, полученный от барина при отъезде). — В город по господским делам ехали да про
вашу милость услыхали, так вот и завернули по пути, то есть — посмотреть на вашу милость… а то как же можно беспокоить!
Неточные совпадения
—
Ваше сиятельство! не сойду с места, покуда не получу
милости! — говорил <Чичиков>, не выпуская сапог князя и проехавшись, вместе с ногой, по полу в фраке наваринского пламени и дыма.
— Как
милости вашей будет завгодно, — отвечал на все согласный Селифан, — коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь, коли за дело, на то воля господская. Оно нужно посечь, потому что мужик балуется, порядок нужно наблюдать. Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?
Хлестаков. Сделайте
милость, садитесь. Я теперь вижу совершенно откровенность
вашего нрава и радушие, а то, признаюсь, я уж думал, что вы пришли с тем, чтобы меня… (Добчинскому.)Садитесь.
Купцы. Так уж сделайте такую
милость,
ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть в петлю полезай.
Коробкин. В следующем году повезу сынка в столицу на пользу государства, так сделайте
милость, окажите ему
вашу протекцию, место отца заступите сиротке.