Блестящий ум, беззаветная преданность, обширные замыслы для возвеличивания России — все это высказалось в ярком свете в письмах восторженного молодого
генерал-майора и не могло не повлиять на государыню в смысле благосклонности к такому подданному.
В 1789 году Зубов был только секунд-ротмистром конной гвардии, на следующий год он уже был флигель-адъютантом государыни,
генерал-майором и кавалером орденов: святого Станислава, Белого Орла, святой Анны и святого Александра Невского.
Неточные совпадения
«Непосредственно рекомендую Вашему Величеству мужество
и искусство, которое оказал в сем деле
генерал-майор Потемкин, ибо кавалерия наша до сего времени не действовала с такою стройностью
и мужеством, как в сей раз, под командою вышеозначенного
генерал-майора».
Он вскоре сделал блестящую карьеру, получил чин
генерал-майора, орден святого Станислава
и Белого Орла I степени
и звание флигель-адъютанта, за все это обязанный Потемкину, которому
и заплатил черной неблагодарностью.
Находившиеся в свите князя
генерал-майор Синельников
и казак были смертельно ранены.
Отец его тоже, по восшествии на престол Елизаветы Петровны, событии радостном для всех приверженцев Петра Великого, покинул деревню
и вновь был принят на службу, в чине
генерал-майора.
Еще в последних числах марта генерал-поручик князь Голицын, переправясь через Буг, взял Мачин, срыл его
и потом овладел укреплениями на острове Концефан, лежащем против Браилова. В начале июня
генерал-майор Кутузов разбил турок при Пободаче, а командовавший на Кавказе генерал-аншеф Гудович взял приступом сильную
и важную крепость Анапу; наконец, 28 июля князь Репнин одержал блистательную победу над верховным визирем при Мачине.
При гробе были учреждены дежурства из одного
генерал-майора, двух полковников, четырех штаб-офицеров, восьми обер-офицеров, одного генерал-адъютанта
и одного флигель-адъютанта.
— О, поди-ка — с каким гонором, сбрех только: на Кавказе-то начальник края прислал ему эту, знаешь, книгу дневную, чтобы записывать в нее, что делал и чем занимался. Он и пишет в ней: сегодня занимался размышлением о выгодах моего любезного отечества, завтра там — отдыхал от сих мыслей, — таким шутовским манером всю книгу и исписал!.. Ему дали
генерал-майора и в отставку прогнали.
Алексей Абрамович Негров, отставной
генерал-майор и кавалер, толстый, рослый мужчина, который, после прорезывания зубов, ни разу не был болен, мог служить лучшим и полнейшим опровержением на знаменитую книгу Гуфланда «О продолжении жизни человеческой».
Неточные совпадения
Между тем губернатор Поттинджер был отозван в Мадрас
и место его заступил отличившийся в войне 1834
и 1835 гг.
генерал-майор сэр Герри Смит, приобретший любовь
и уважение во всей колонии.
Он прислал А. Писарева,
генерал-майора «Калужских вечеров», попечителем, велел студентов одеть в мундирные сертуки, велел им носить шпагу, потом запретил носить шпагу; отдал Полежаева в солдаты за стихи, Костенецкого с товарищами за прозу, уничтожил Критских за бюст, отправил нас в ссылку за сен-симонизм, посадил князя Сергея Михайловича Голицына попечителем
и не занимался больше «этим рассадником разврата», благочестиво советуя молодым людям, окончившим курс в лицее
и в школе правоведения, не вступать в него.
На другом углу Певческого переулка, тогда выходившего на огромный, пересеченный оврагами, заросший пустырь, постоянный притон бродяг, прозванный «вольным местом», как крепость, обнесенная забором, стоял большой дом со службами
генерал-майора Николая Петровича Хитрова, владельца пустопорожнего «вольного места» вплоть до нынешних Яузского
и Покровского бульваров, тогда еще носивших одно название: «бульвар Белого города».
Отец Варвары Павловны, Павел Петрович Коробьин,
генерал-майор в отставке, весь свой век провел в Петербурге на службе, слыл в молодости ловким танцором
и фрунтовиком, находился, по бедности, адъютантом при двух-трех невзрачных генералах, женился на дочери одного из них, взяв тысяч двадцать пять приданого, до тонкости постиг всю премудрость учений
и смотров; тянул, тянул лямку
и, наконец, годиков через двадцать добился генеральского чина, получил полк.
Ему
и хотелось съездить к Коптину, но в то же время немножко
и страшно было: Коптин был
генерал-майор в отставке
и, вместе с тем, сочинитель. Во всей губернии он слыл за большого вольнодумца, насмешника
и даже богоотступника.