Неточные совпадения
«Генерал-поручик Потемкин, непосредственно способствовавший своими советами заключению выгодного мира, производится в генерал-аншефы и всемилостивейше жалуется графом Российской империи; уважение же его храбрости и всех верных и отличных заслуг, оказанных им в продолжение сей последней
войны, всемилостивейше награждаем мы его, Потемкина, золотою саблею, украшенною бриллиантами и нашим портретом и
повелеваем носить их, яко знак особого нашего благоволения».
— Постой, Лев Александрович, не надо ножей, вот они здесь, это я нарочно… Ты вот говоришь, что Репнин
вестей не шлет и здесь ничего о
войне неизвестно! А как же быть известным, коли все репнинские
вести, как у меня ножи, у светлейшего Григория Александровича под спудом лежат.
— Мир… — заскрежетал зубами Потемкин, — мир! Я не хочу мира! Этот мир опозорит меня в глазах всего света… Я хочу
войны, жесткой, упорной, неумолимой… и хоть бы мне пришлось
вести ее на свой счет, я продал бы свое последнее имение и отдохнул только в Царьграде…
Аммос Федорович. Я думаю, Антон Антонович, что здесь тонкая и больше политическая причина. Это значит вот что: Россия… да… хочет
вести войну, и министерия-то, вот видите, и подослала чиновника, чтобы узнать, нет ли где измены.
Тогда все члены заволновались, зашумели и, пригласив смотрителя народного училища, предложили ему вопрос: бывали ли в истории примеры, чтобы люди распоряжались,
вели войны и заключали трактаты, имея на плечах порожний сосуд?
— Внешними врагами мы называем все те самые государствия, с которыми нам приходится
вести войну. Францюзы, немцы, атальянцы, турки, ивропейцы, инди…
Неточные совпадения
Так я все
веду речь эту не к тому, чтобы начать
войну с бусурменами: мы обещали султану мир, и нам бы великий был грех, потому что мы клялись по закону нашему.
— Да, так видите, панове, что
войны не можно начать. Рыцарская честь не
велит. А по своему бедному разуму вот что я думаю: пустить с челнами одних молодых, пусть немного пошарпают берега Натолии. [Натолия — Анаталия — черноморское побережье Турции.] Как думаете, панове?
Она понимала, что если она до сих пор могла укрываться от зоркого взгляда Штольца и
вести удачно
войну, то этим обязана была вовсе не своей силе, как в борьбе с Обломовым, а только упорному молчанию Штольца, его скрытому поведению. Но в открытом поле перевес был не на ее стороне, и потому вопросом: «как я могу знать?» она хотела только выиграть вершок пространства и минуту времени, чтоб неприятель яснее обнаружил свой замысел.
— Сто восемьдесят шесть… семнадцать… — слышал он. —
Войну мы
ведем, младшее офицерье. Мы — впереди мужиков, которые ненавидят нас, дворянство, впереди рабочих, которых вы, интеллигенты, настраиваете против царя, дворян и бога…
Колониальное правительство принуждено было между тем вытеснить некоторые наиболее враждебные племена, сильно тревожившие колонию своими мелкими набегами и грабежом, из занятых ими мест. Все это
повело к первой, вспыхнувшей в 1834 году, серьезной
войне с кафрами.