Неточные совпадения
Таков был его радужный план. Но главная заманчивость этого плана была
в том, что он увидит Москву. И по дороге, от многих проезжих и прохожих людей, он слышал о ней самые необычайные рассказы. Все, впрочем, рассказчики сходились на том, что ноне на Москве
жить жутко, да и приезжему надо держать ухо востро, иначе попадешь под замок, а оттуда уж и не выйдешь. Особенные ужасы рассказывали об Александровской
слободе, хотя удостоверяли, что жизнь там для опричников и полюбившихся им людей не жизнь, а Масленица.
— Некому было, Семен Аникич, — отвечал Яков, — ни
в Москве, ни
в Александровской
слободе видом не видать, слыхом не слыхать бояр Обносковых. Приказали оба, и отец и сын, долго
жить… И вспоминать-то об них надо тоже с опаскою…
Будучи цесаревной, она долго
жила в слободе Покровской, теперь вошедшей в состав города Москвы. Там она проводила время запросто со слободскими девушками, в летние вечера водила с ними на лугу хороводы, метала из окна дворца пригоршнями деньги и любовалась, как их поднимали нарасхват, пела песни и даже сочиняла их.
Неточные совпадения
Скажем только, что два дня горел город, и
в это время без остатка сгорели две
слободы: Болотная и Негодница, названная так потому, что там
жили солдатки, промышлявшие зазорным ремеслом.
Жили стрельцы
в особенной пригородной
слободе, названной по их имени Стрелецкою, а на противоположном конце города расположилась
слобода Пушкарская,
в которой обитали опальные петровские пушкари и их потомки.
Вся Малиновка,
слобода и дом Райских, и город были поражены ужасом.
В народе, как всегда
в таких случаях, возникли слухи, что самоубийца, весь
в белом, блуждает по лесу, взбирается иногда на обрыв, смотрит на
жилые места и исчезает. От суеверного страха ту часть сада, которая шла с обрыва по горе и отделялась плетнем от ельника и кустов шиповника, забросили.
Оно все состояло из небольшой земли, лежащей вплоть у города, от которого отделялось полем и
слободой близ Волги, из пятидесяти душ крестьян, да из двух домов — одного каменного, оставленного и запущенного, и другого деревянного домика, выстроенного его отцом, и
в этом-то домике и
жила Татьяна Марковна с двумя, тоже двоюродными, внучками-сиротами, девочками по седьмому и шестому году, оставленными ей двоюродной племянницей, которую она любила, как дочь.
Самый город стоит на горе, а под горой есть
слобода. Я
жил в этой
слободе в маленьком домике. Домик стоял на дворе, и перед окнами был садик, а
в саду стояли хозяйские пчелы — не
в колодах, как
в России, а
в круглых плетушках. Пчелы там так смирны, что я всегда по утрам с Булькой сиживал
в этом садике промежду ульев.