Яков вышел. Граф Иосиф Янович стал медленными шагами
прохаживаться по кабинету. Он был доволен результатом своих переговоров с Яковом. Награда, ему обещанная, составляла для графа пустяшную сумму, а для его камердинера была целым состоянием.
Он упал головой на подушки дивана и зарыдал. Успокоившись немного, она подошла, села снова на диван около его головы и молча дала ему выплакаться. Наконец, он вскочил на ноги, вытер глаза и несколько раз
прошелся по кабинету.
Неточные совпадения
В
кабинете Алексей Александрович
прошелся два раза и остановился у огромного письменного стола, на котором уже были зажжены вперед вошедшим камердинером шесть свечей, потрещал пальцами и сел, разбирая письменные принадлежности. Положив локти на стол, он склонил на бок голову, подумал с минуту и начал писать, ни одной секунды не останавливаясь. Он писал без обращения к ней и по-французски, упоребляя местоимение «вы», не имеющее того характера холодности, который оно имеет на русском языке.
Она
прошлась по зале и с решимостью направилась к нему. Когда она вошла в его
кабинет, он в вице-мундире, очевидно готовый к отъезду, сидел у маленького стола, на который облокотил руки, и уныло смотрел пред собой. Она увидала его прежде, чем он ее, и она поняла, что он думал о ней.
— Что со мной будет?! А-а-ах! что я наделал?! — говорил я вслух,
прохаживаясь по мягкому ковру
кабинета. — Э! — сказал я сам себе, доставая конфеты и сигары, — чему быть, тому не миновать… — И побежал в дом.
Помню, однажды я был с ним один в его
кабинете, когда он, отложив книгу,
прошелся задумчиво
по комнате и, остановившись против меня, сказал:
Это голос первого его палача — Александры Яковлевны Пальм-Швейцарекой. Он почти и теперь, как и тогда, теряет сознание. Он припоминает, как он очнулся от обморока в
кабинете князя Александра Павловича, на той самой оттоманке, где лежал мертвый, отравленный
по его наущению князь. Он и теперь, как и тогда, быстро вскочил с кровати и несколько раз
прошелся по камере. Глубоко вздохнув, он сел снова.