Неточные совпадения
«Целую ночь, — пишет Линар, датский посланник, хорошо знакомый с тем, что делалось при
дворе, так как он был принят как свой у Бестужевых, — были собрания и переговоры, на которых, между прочим, решено было главными министрами и военными властями, что, как скоро государыня скончается, великого князя и великую княгиню возьмут под стражу и
императором провозгласят Иоанна Антоновича.
Оно-то, через агентов при
дворе императора и в свите самого Поппеля, узнало об опасности, угрожавшей сыну барона Эренштейна, и приказало дьяку стать около него на усиленной страже.
Этот ответ Балашева, намекавший на недавнее поражение французов в Испании, был высоко оценен, по рассказам Балашева, при
дворе императора Александра и очень мало был оценен теперь за обедом Наполеона и прошел незаметно.
Если может быть рай на земле, так Антон испытал его целый месяц в богемском замке. О! конечно, не променял бы он этого бедного жилища, дикой природы на берегах Эльбы, ласк убогой матери, которой старость мог он успокоить своими трудами и любовью; нет, не променял бы всего этого на великолепные палаты, на старания знатных родителей пристроить его ко
двору императора, на раболепную прислугу многочисленных вассалов, которых он властен был бы травить собаками.
Неточные совпадения
Через две недели Аракчеев был назначен генерал-квартирмейстером всей армии; но, не увлекаясь своим положением, он ни с кем не сближался, пренебрегая связями среди
двора и свиты
императора, держал себя крайне самостоятельно.
Сконфуженный такой неожиданностью Аракчеев пожертвовал эти деньги на екатерининский институт, а чтобы выйти из затруднительного положения, предложил через министра
двора купить за 50 000 фарфоровый сервиз, подаренный ему
императором Наполеоном I, мотивируя свое предложение тем, что сервиз с императорским гербом неприлично иметь в частных руках.
Граф Литта, главный виновник столь приятного для государя события, оттеснил всех прежних любимцев
императора, за исключением графа Ивана Павловича Кутайсова, и получил огромное значение при русском
дворе.
Близость к
императору Павлу Петровичу графа Джулио Литта, ставшего после брака с графиней Скавронской горячим сторонником аббата Гавриила Грубера, ни чуть не умалила значения последнего при
дворе.
Он действовал в данном случае с разрешения графа Джулио Литта, который нашел удобным через своего секретаря доводить до сведения могущественного при
дворе русского
императора иезуита обо всех беседах его с Павлом Петровичем, дабы донесения его в Ватикан согласовались с таковыми же со стороны Грубера.