Неточные совпадения
Таким «новичком» в описываемом нами спектакле был молодой гвардейский офицер, Петр Карлович Гофтреппе, блондин с небольшими усиками на круглом
лице, которые он усиленно теребил левой рукой, а правой то и дело поднося
к глазам огромный бинокль, целую систему астрономических труб, годных скорее для наблюдений небесных светил, нежели звездочек парусинного неба.
Высокая, стройная блондинка, с тем редким цветом волос, который почему-то называется пепельным, но которому, собственно, нет названия по неуловимости его переливов, с мягкими, нежными чертами
лица, которые не могут назваться правильными лишь потому, что
к ним не применимо понятие о линиях с точки зрения человеческого искусства.
По выражению их
лиц не трудно было заметить, что все они, от старого до малого, готовы сейчас же пасть
к грациозным ножкам молоденькой танцовщицы.
Польский говор слышался повсюду, и
к лицам, заговаривавшим в публичных местах, театрах, ресторанах, цукернях и огрудках (загородных садах) по-русски, относились если не совершенно враждебно, то крайне пренебрежительно, — над ними прямо глумились даже ресторанные гарсоны, очень хорошо понимавшие по-русски, что оказывалось тотчас же при получении хорошей платы «на чай», но притворявшиеся непонимающими и заставлявшие русского, или, по их выражению, «москаля», по часам ждать заказанного стакана кофе, не говоря уже о кушанье.
Вне себя от ярости, Ицка с места побежал
к командиру полка и не удовольствовавшим этим, кинулся в город жаловаться обер-полицеймейстеру, представ перед обоими начальствующими
лицами в том виде, в каком был снят с фонарного крюка, то есть сплошь вымазанный желтой краской.
О странной поздней посетительнице доложили Фанни Михайловне, которая приказала ввести девочку
к ней в будуар, раскутала ее, увидала хорошенькую брюнетку с резкими и тонкими чертами
лица и большими черными глазами.
Но всего замечательнее было
лицо старика: совершенно оголенный череп, украшенный бахромой рыжевато-седых волос, такие же волосы росли перьями, образуя род усов под крючковатым носом и на приближавшемся
к последнему загнутом кверху подбородке, производя впечатление выщипанной бороды. Несколько считаемых единицами желтых зубов выглядывало из-под тонких губ при разговоре и улыбке или гримасе, которая исправляла ее должность.
Неопределенность занятий происходила не от отсутствия работы в большом городе и даже не от неспособности
к ней
лиц, подобных Мардарьеву, но от их желания найти легкую, хорошо оплачиваемую работу, не стесняясь целями и средствами.
Будь это желание единичным у того или другого
лица и не найди они спроса у известной части общества столичных обывателей, которое далеко не прочь обделать подчас темное дельце,
лица без определенных занятий поневоле обратились бы
к занятиям определенным, легальным, и «общественные язвы», растравленные ими, не существовали бы, но повторяем, общество само поддерживает эту язву, и лентяи, падкие на легкие заработки, процветают, и занятие их даже получило право гражданства под громким и звучным именем «комиссионерства».
Если бы эта тетрадь Алфимова сохранилась бы до настоящего времени, она была бы драгоценным материалом для обрисовки нравов той эпохи,
к которой относилась. Это было собрание не только финансовых, но и семейных тайн многих выдающихся и известных
лиц Петербурга, в ней была история их кредитоспособности, фамилии и адреса содержанок женатых людей и кандидаток в них. В этой тетради была канва для всевозможного рода шантажа, по которой искусный и беззастенчивый человек мог вышивать желательные для него узоры.
Он знал, что барин ведет с Алфимовым большие дела, знал не только как приближенное
к Колесину
лицо, но принимал, хотя и очень незначительное, участие в прибылях ростовщика, который считал необходимым задабривать камердинера выгодного клиента, «почтенного и благородного человека», маленькими денежными подарками. Корнилий Потапович даже не ограничился этим, а покумился с Евграфом Евграфовичем, окрестив его последнюю дочь. Куме и крестнице он тоже нашивал дешевенькие подарки.
Он сел с ней рядом на диван, обнял ее и привлек
к себе, покрывая ее руки и
лицо нежными поцелуями.
— Пусть все это устроит третье
лицо — поверенный, — решил он и поехал
к Бильбасову.
Попасть в эти клубы довольно трудно, так как они составляют замкнутое общество, принимающее в свою среду только
лиц, принадлежащих
к тому же общественному положению, с теми же политическими оттенками и не иначе как по рекомендации двух членов и через баллотировку.
Последний касался не только случившегося, но и таких вещей, совершенно, по-видимому, не относящихся
к делу, как-то о средствах арестованного, его положении во Франции и России, его знакомствах и деловых отношениях с разными
лицами, о его имениях в России, их стоимости и доходности.
Его детское приветливое, открытое
лицо внушило Николаю Герасимовичу особенное доверие, и он обратился
к нему...
У них бывали только мужчины. В своем старанье развлечь жену, Эразм Эразмович старался привлечь
к себе в дом интересных
лиц, местных литераторов, артистов, словом, «умных людей».
Неточные совпадения
Ей нравится порядок стройный // Олигархических бесед, // И холод гордости спокойной, // И эта смесь чинов и лет. // Но это кто в толпе избранной // Стоит безмолвный и туманный? // Для всех он кажется чужим. // Мелькают
лица перед ним, // Как ряд докучных привидений. // Что, сплин иль страждущая спесь // В его
лице? Зачем он здесь? // Кто он таков? Ужель Евгений? // Ужели он?.. Так, точно он. // — Давно ли
к нам он занесен?
Весь вечер Ленский был рассеян, // То молчалив, то весел вновь; // Но тот, кто музою взлелеян, // Всегда таков: нахмуря бровь, // Садился он за клавикорды // И брал на них одни аккорды, // То,
к Ольге взоры устремив, // Шептал: не правда ль? я счастлив. // Но поздно; время ехать. Сжалось // В нем сердце, полное тоской; // Прощаясь с девой молодой, // Оно как будто разрывалось. // Она глядит ему в
лицо. // «Что с вами?» — «Так». — И на крыльцо.
Буянов, братец мой задорный, //
К герою нашему подвел // Татьяну с Ольгою; проворно // Онегин с Ольгою пошел; // Ведет ее, скользя небрежно, // И, наклонясь, ей шепчет нежно // Какой-то пошлый мадригал // И руку жмет — и запылал // В ее
лице самолюбивом // Румянец ярче. Ленский мой // Всё видел: вспыхнул, сам не свой; // В негодовании ревнивом // Поэт конца мазурки ждет // И в котильон ее зовет.
Как он, она была одета // Всегда по моде и
к лицу; // Но, не спросясь ее совета, // Девицу повезли
к венцу. // И, чтоб ее рассеять горе, // Разумный муж уехал вскоре // В свою деревню, где она, // Бог знает кем окружена, // Рвалась и плакала сначала, // С супругом чуть не развелась; // Потом хозяйством занялась, // Привыкла и довольна стала. // Привычка свыше нам дана: // Замена счастию она.
Тентетникову показалось, что с самого дня приезда их генерал стал
к нему как-то холоднее, почти не замечал его и обращался как с
лицом бессловесным или с чиновником, употребляемым для переписки, самым мелким.