Неточные совпадения
Гренадерская рота Преображенского
полка получила название «лейб-кампании», капитаном которой была сама императрица, капитан-поручик в этой роте равнялся полному
генералу, поручик — генерал-лейтенантам, подпоручик — генерал-майорам, прапорщик — полковнику, сержант — подполковникам, капрал — капитанам, унтер-офицеры, капралы и рядовые были пожалованы в потомственные дворяне; в гербы их внесена надпись «за ревность и верность», все они получили деревни и некоторые с очень значительным числом душ.
На другой день рядового Суворова потребовали к генерал-майору лейб-гвардии Семеновского
полка майору Шубину.
Его привезли в Петербург, где 2 марта 1743 года он был произведен «за невинное претерпение» прямо в генерал-майоры и лейб-гвардии Семеновского
полка в майоры и получил Александровскую ленту. К этому-то Шубину и был позван Суворов.
«Так как генерал-майор Берг выхваляет особливую способность подполковника Казанского пехотного
полка Суворова, то явиться ему в команду означенного
генерала».
Александр Васильевич Суворов, утвердившись между тем со своим
полком в Люблине — городке, составлявшем средоточие между Польшею и Литвою, — начал свои действия против конфедератов. Подобно орлу высматривал он с вершины добычу и налетал на нее со всего размаху. Где только появлялись партии конфедератов,
генерал Суворов — он получил генеральский чин в 1770 году, после двадцатичетырехлетней примерной службы — шел туда форсированым маршем и, не дав им опомниться, нападал, разбивал и возвращался в Люблин.
Вдруг во весь опор примчались польские уланы из отряда
генерала Беляка, стоявшего с двумя
полками поблизости Столович. Уланы окружили слабый отряд Суворова, и битва возобновилась с прежним ожесточением. Но при всех усилиях, при отчаянной храбрости неприятеля не было возможности сломить суворовского фронта. Люди его — каменные!
Желая уничтожить существовавшие при
генералах многочисленные свиты, отвлекавшие множество офицеров из строя, государь определил число лиц для штаба каждого начальника, а всех излишних повелел возвратить немедленно в
полки. Относительно производства офицеров, их перемещений, отпусков, увольнений были изданы новые правила. Вместе с тем воспрещено употреблять воинские чины на частные работы, по домашним делам или в курьерские должности.
Неточные совпадения
— Павловский
полк, да — говорят — и другие
полки гарнизона перешли на сторону народа, то есть Думы. А народ — действует: полицейские участки разгромлены, горят, окружный суд, Литовский замок — тоже, министров арестуют,
генералов…
Н. Н. Бахметев, брат хромого
генерала и тоже
генерал, но давно в отставке, был дружен с ним еще во время их службы в Измайловском
полку.
Года через два или три, раз вечером сидели у моего отца два товарища по
полку: П. К. Эссен, оренбургский генерал-губернатор, и А. Н. Бахметев, бывший наместником в Бессарабии,
генерал, которому под Бородином оторвало ногу. Комната моя была возле залы, в которой они уселись. Между прочим, мой отец сказал им, что он говорил с князем Юсуповым насчет определения меня на службу.
Разумеется, что при такой обстановке я был отчаянный патриот и собирался в
полк; но исключительное чувство национальности никогда до добра не доводит; меня оно довело до следующего. Между прочими у нас бывал граф Кенсона, французский эмигрант и генерал-лейтенант русской службы.
Все мои предки были
генералы и георгиевские кавалеры, все начали службу в кавалергардском
полку.