Неточные совпадения
— Вот так-то, сударь мой, и наука, преподаваемая
французами детям русских бояр, она, как вакса, съест всю доброту и крепость души русского человека: он не будет знать ни Бога, ни святой православной Руси, не будет иметь чистой любви к царю и отечеству, не станет
любить и уважать своих родителей, не будет годен ни на что и никуда… точно так же, как стали негодны мои сапоги.
— Все тот же… Не переменился… Груб, как пруссак, пьян, как
француз… но зато честен… За мной, как за малым ребенком, ходит. Накормит, напоит и спать уложит. Спишь — караулит. Без него я бы пропал.
Любит, а ворчит.
Борис жил с другим адъютантом, польским графом Жилинским. Жилинский, воспитанный в Париже поляк, был богат, страстно
любил французов, и почти каждый день во время пребывания в Тильзите к Жилинскому и Борису собирались на обеды и завтраки французские офицеры из гвардии и главного французского штаба.
Очевидно было, что l’amour, [любовь,] которую так
любил француз, была не та низшего и простого рода любовь, которую Пьер испытывал когда-то к своей жене, ни та раздуваемая им самим романтическая любовь, которую он испытывал к Наташе (оба рода этой любви Рамбаль одинаково презирал — одна была l’amour des charretiers, другая l’amour des nigauds); [любовь извощиков, другая любовь дурней,] l’amour, которой поклонялся француз, заключалась преимущественно в неестественности отношений к женщине и в комбинации уродливостей, которые придавали главную прелесть чувству.
Неточные совпадения
— Я вас познакомила с ним как с Landau, — сказала она тихим голосом, взглянув на
Француза и потом тотчас на Алексея Александровича, — но он собственно граф Беззубов, как вы, вероятно, знаете. Только он не
любит этого титула.
— Черт их знает, чего им нужно! — негодовала она. — Вот
любят деньги эти милые
французы. Со мной духовное завещание, хлопотал консул — не платят!
— Сейчас, — сказала она, а квартирант и нахлебник ее продолжал торопливо воздавать славу Франции, вынудив Веру Петровну напомнить, что Тургенев был другом знаменитых писателей Франции, что русские декаденты — ученики
французов и что нигде не
любят Францию так горячо, как в России.
—
Люблю есть, — говорила она с набитым ртом. —
Французы не едят, они — фокусничают. У них везде фокусы: в костюмах, стихах, в любви.
Это было не очень приятно: он не стремился посмотреть, как работает законодательный орган Франции, не
любил больших собраний, не хотелось идти еще и потому, что он уже убедился, что очень плохо знает язык
французов.