И все такою тишиной // Кругом дышало, только чтенье // Дьячков звучало, и с душой // Дружилось тайное стремленье, // И смутно с
детскою мечтой // Уж грусти тихой ощущенье // Я бессознательно сближал // И все чего-то так желал.
Через несколько времени честолюбие мое начало разыгрываться в
детских мечтах, как сердитый родник, который сначала бьет из-под земли, бежит потом ручьем, рекою и, наконец, бушует морем, выливаясь через берега, будто его стесняющие.
Он слышал, что в речах своих революционеры часто говорят о необходимости устроить на земле другую жизнь, эти речи будили его
детские мечты. Но на зыбкой почве его души, засорённой дрянными впечатлениями, отравленной страхом, вера росла слабо, она была подобна больному рахитом ребёнку, кривоногому, с большими глазами, которые всегда смотрят вдаль.
Все это
детские мечты и заботы, но… кто знает, может быть я повстречался бы и с Полиной, я бы ей рассказал, и она бы увидела, что я выше всех этих нелепых толчков судьбы…
Неточные совпадения
А вот и обратная сторона парадокса: западники оставались азиатами, их сознание было
детское, они относились к европейской культуре так, как могли относиться только люди, совершенно чуждые ей, для которых европейская культура есть
мечта о далеком, а не внутренняя их сущность.
Из
детской я перешел в аудиторию, из аудитории — в дружеский кружок, — теории,
мечты, свои люди, никаких деловых отношений. Потом тюрьма, чтоб дать всему осесться. Практическое соприкосновение с жизнию начиналось тут — возле Уральского хребта.
Но ведь оказывается, что этот человек — лишь
мечта моя,
мечта с
детских лет.
— Нет, это — плоды вашего дела! — резко возвысила она голос. — В последний раз обращаюсь к вам, Аркадий Макарович, — хотите ли вы обнаружить адскую интригу против беззащитного старика и пожертвовать «безумными и
детскими любовными
мечтами вашими», чтоб спасти родную вашу сестру?
Я искренно люблю Дмитрия; но иногда душа требует чего-то другого, чего я не нахожу в нем, — он так кроток, так нежен, что я готова раскрыть ему всякую
мечту, всякую
детскую мысль, пробегающую по душе; он все оценит, он не улыбнется с насмешкой, не оскорбит холодным словом или ученым замечанием, но это не все: бывают совсем иные требования, душа ищет силы, отвагу мысли; отчего у Дмитрия нет этой потребности добиваться до истины, мучиться мыслию?